Я знаю тысячу способов борьбы со сном. Я видел как сержант Петренко ел в дороге чеснок. Шесть часов подряд. Потом сержанта тошнило, потом всё в сержанте горело. Бодрость пришла, но какая-то мучительная.

А другой сержант, не Петренко, стоял у знамени на посту. Чеснока он с собой не имел и все надежды возложил на онанизм. Проявил, так скажем, солдатскую смекалку.

Но онанизм не оправдал. Ночью в штабе тихо, лишь дежурный по части, как бы дежурит, на самом деле тоже спит. Только этажом ниже.

И вот просыпается дежурный от шума, грохота, а это сержант не-Петренко по лестнице катится и гремит автоматом. И голая сержантская пися молча бьётся о ступени.

А можно просто массировать уши.

Минус этого приёма — к утру уши сильно распухают. Вернуться домой с большими красными ушами некоторые считают двусмысленным. Распухшая промежность гораздо естественней смотрится. Жена с порога понимает, как было трудно и только один оставался выход — кипятку туда.

Какие весёлые танцы, сколько жизни в глазах, какое остроумие обнаруживает простой украинский мужик, стоит обработать кипятком его бикини, место нежное, отзывчивое к воздействию раскалённым кофе!

Пить кофе внутрь человека тоже помогает. Но не так.

98

Идеальная женщина умна, добра и с круглыми коленками. (Коленки — всемирный критерий женской красоты).

На деле таких женщин не бывает. Больше двух добродетелей в одну женщину не лезет. Поэтому лояльные мужчины выбирают между «добрая» и «красивая». Или «с круглыми коленками» хотя бы.

Умных избегают. За умом погонишься, женишься на жинозавре.

Так вот, про красоту, ум и доброе сердце.

Она была внучкой секретаря политбюро рабочей партии Мозамбика. А он — капитан дальнего плавания Сергей. Он приходил в Мозамбик раз в три месяца и крокодилы в речке Замбези шептали друг дугу:

— Братья, тише жуйте ваших зебр, к нашей Мтенде приехал капитан Серёжа.

И все удивлялись, какое светлое и красивое чувство вырастает иногда из обычного секса между русским капитаном и африканской принцессой.

— Выходи за меня — сказал однажды Сергей, внимательно соизмерив свои возможности с её потребностями. Результаты измерений советовали бежать, побросав гигиенические принадлежности. Но Серёжа твёрдо верил в моряцкое Счастье.

В ответ принцесса Мтенде села, голая, в кровати. И сверкнула чёрными мозамбикскими глазами. И сказала, торжественно блестя чёрными мозамбикскими коленками:

— Я подарю тебе пальму. Если будешь помнить меня, на ней вырастут плоды. И тогда я сама к тебе приеду.

— Какие ненужные, обременительные условности! — возразил Серёжа, только другими словами. Он имел ввиду, в основном, пальму.

— Поехали сейчас. Я тебе потом лиственницы пришлю полный Мозамбик.