– Поэтому я и расстроилась, когда… – осекается, мазнув взглядом по простыни.

Значит, простила.

Я бы выдохнул с облегчением, но перспектива потом впустить в себя ее цветочный запах меня останавливает. Так и застываю с парализованными легкими.

– Верни те духи, – не выдерживаю я."

"– М-м-м? – вчера ее мычание более обезоруживающе на меня влияло. Сейчас никак…

– Новые, – поясняю хрипло, – с корицей.

Ира резко отстраняется и шаг назад делает. Обхватывает себя руками, будто запах свой прячет. Я этому, честно говоря, рад, потому что не могу думать ни о чем, кроме проклятой корицы. Впиталась в меня, обворожила. Мне не могло померещиться – до сих пор чувствую. Зачем Ира его смыла и забила дурацкими розами?

– Не могу, аллергия на них оказалась, – бурчит невеста.

– Жаль, – вырывается у меня.

– Марк, раз уж между нами все произошло, – косится на кровать и тут же отворачивается, плечами передернув. Да что ж такое? У меня скоро комплексы развиваться начнут! – Я думаю, нам следует ускорить свадьбу. Мне некомфортно после всего случившегося быть нерасписанной, – лепечет смущенно.

– Не вопрос, – делаю шаг к ней, но останавливаюсь. – Я изначально другую дату предлагал, как раз следующую субботу, но ты сама просила перенести. Сказала, у тебя процедуры какие-то женские. И запись за две недели, – хмыкаю я.

Девушки иногда очень смешные в своем стремлении почистить перышки. Как будто мужчинам куклы пластиковые нужны. Однако вчера Ира настоящей была, этим и покорила.

– Я договорилась, – не теряется невеста. – Суббота – отличный день, – вздыхает мечтательно и наконец-то улыбается.

Сама обнимает меня, буквально повисает на шее. Дерзковато. И целует смело. Ни следа от ее вчерашней скромности и нежности не осталось. Хотя ни к чему больше это. Сам невесту испортил.

Отвечаю на поцелуй. Другой, без привкуса домашнего печенья.

Бред.

Зато моя…

Глава 3

Несколько дней спустя

Злата

– Рыжуля, – бархатный голос ласкает слух.

Улыбаюсь, забывая, что нельзя поддаваться напору. Всем мужчинам нужно только одно. Мама с детства вбивала мне в голову эту истину. Диктовала правила приличия. Твердила, как важно хранить себя до свадьбы. Сама же она растила меня без отца, наверное, поэтому и пыталась уберечь от своих ошибок.

Когда мне исполнилось пятнадцать, у меня появился отчим. И пока мама продолжала мучить меня нравоучениями, он оскорблял меня и ни во что не ставил, желая скорее избавиться. Даже когда мне удалось поступить в престижный институт в столице, похвалы я не дождалась. Отчим проводил меня со словами: «На панель она едет, а не в институт». И запретил маме пересылать мне деньги.

Комната в общежитии, стипендия и подработка фрилансером в сети помогли мне выжить в большом городе.