Аккуратно сложив бюстгальтер на блузке и повернувшись к Римо, она сказала:

– Давай быстрее, а? Мне нужно быть в шифровальной через сорок минут. У меня обед сейчас.

Римо оторвал взгляд, сбросил полотенце с кровати и, сняв брюки, отбросил их в сторону вместе с сомнениями.

Когда в угол полетели ботинки, она уже ждала под одеялом. Римо тихонько лег рядом. Взяв его руку, она пристроила ее себе за спину, а другую – между ног.

– Поцелуй меня в грудь, – прошептала она."

"Через пять минут все было кончено. Она отвечала на его ласки с животной яростью, в которой не было ни грамма искренней страсти. Прежде чем Римо убедился, что поимел-таки женщину, она уже вскочила с кровати.

– А ты ничего, – похвалила она, влезая в белые трусики.

Римо лежал на спине и смотрел в белизну потолка. Его правая рука была заложена за голову.

– Как ты определила? Ты сбежала слишком быстро.

Она засмеялась;

– Что поделаешь! Может, сегодня вечером будет больше времени…

– Может быть, – ответил Римо, – хотя у меня по вечерам занятия.

– Какие занятия?

– Обыкновенные.

Римо взглянул на девушку. Она надевала бюстгальтер «по-голливудски»: держа его перед собой, наклонилась и аккуратно погрузила груди в чашки.

– Чем ты занимаешься? – не смолкала она. – Я никогда не видела на доске таких, как у тебя, номеров…

– О какой, черт возьми, доске ты все время говоришь? – оборвал ее Римо. Он продолжал смотреть в потолок. От нее сильно пахло дезодорантом.

– Ну там, в комнате отдыха. Если тебе нужно общение, вывешиваешь номер своей комнаты и код. Клерк подбирает пары из номеров мужчин и женщин. Вообще-то не полагается знать, с кем будешь на этот раз. Говорят, что если знаешь, то появится серьезное чувство, и вообще. Но через некоторое время все начинают прекрасно разбираться в номерах. Надо только вставить свой номер в нужный момент. У женщин, например, первая цифра номера – ноль, у мужчин коды чаще всего – нечетные цифры. У тебя – девятка, я такой номер вижу впервые.

– Какой мой номер?!

– Девяносто первый. Ты что? Не знал, что ли? Вот тебе и на!

– Забыл.

Она продолжала трещать:

– Прекрасная система. Нравится руководителям групп. Никто ни в кого не влюбляется, и все довольны.

Римо взглянул на нее. Она уже была одета и направлялась к двери широкими шагами.

– Погоди, погоди, – Римо состроил обиженную гримасу. – А поцеловаться на прощание?

– Поцеловаться? С какой стати? Я же тебя не знаю!

Дверь захлопнулась.

Римо не смог решить: рассмеяться ему или просто уснуть. Поразмыслив, не стал делать ни того ни другого, а поклялся никогда не заниматься любовью в Фолкрофте.

С тех пор прошла неделя. Римо с нетерпением ждал первого задания. Не то чтобы его привлекала работа, просто невыносимо надоело здесь, в этой уютной и комфортабельной тюрьме.