– Ну, полегчало? – спросила она через пару минут, окутавшись сигарным дымом.

– Да... спасибо тебе.

– Не благодари – я сделала это не ради тебя. И запомни: если еще раз ты скажешь о ней хоть слово лжи, твои кошмары вернутся и убьют тебя. Я не шучу. Бойся врать, Коля... А так все в твоей жизни будет хорошо. Ты женишься, у тебя родится дочь. Знаешь, какое имя ты ей дашь? – спросила Ветка, чуть прищурив глаза, и Николай кивнул, потому что в нем созрела уверенность в том, что только так он и поступит:

– Да, знаю. Ее будут звать Марина Коваль. Но...

– Не бойся, она не повторит судьбу твоей тетки, – перебила Виола. – А теперь иди отсюда, я устала. И съезди на кладбище прямо сейчас. Все, уходи.

Она откинулась на спинку кресла, бросив в пепельницу сигару, и закрыла глаза. Николай осторожно поцеловал ее руку, но Виола даже не отреагировала, не пошевелилась. Постояв над ней с минуту, он развернулся и вышел, чувствуя, как прояснилось и в голове, и в сердце. И даже собственная подлость перестала казаться чем-то смертельным. Такова жизнь...

Эпилог

Бристоль, Англия, это же время.

– Грегори, куда ты подевался, хулиган? – молодая черноволосая женщина с короткой модной стрижкой, одетая в черный брючный костюм и белую блузку, стояла на крыльце двухэтажного дома.

Май в этом году выдался теплый, деревья распустились рано, и небольшой дворик уже утопал в зелени. Откуда-то из глубины доносился детский смех и стук мяча.

– Миссис Мюррей, Грегори с мистером Силвой играют в баскетбол на заднем дворе! – сообщила, высунувшись из окна, худощавая девушка в очках.

– Спасибо, Сара, – откликнулась женщина. – Нам пора в аэропорт, а они...

– Приезжает ваша подруга?

– Да.

– Значит, вы не будете ужинать дома?

– Нет. Позвоните, пожалуйста, в «Токио», закажите татами-рум на вечер.

– Хорошо.

Девушка скрылась, а миссис Мюррей спустилась с крыльца и направилась на задний двор, где носились с мячом огромный, бритый наголо мужчина и мальчик лет четырех, синеглазый и темноволосый. Увидев приближающуюся мать, ребенок бросил свое занятие и понесся ей навстречу:

– Мамуля! А меня папа научил мяч высоко-высоко кидать! До неба! – Он с разбега повис на ее руках и заболтал ногами в кроссовках."

"– Ты куда забрался? – раздался возмущенный голос отца. – Маме нельзя тяжелое поднимать! – Мужчина подошел ближе и поставил мальчика на ноги.

Сын надулся и забормотал что-то по-английски. Брюнетка засмеялась, щелкнула мальчика пальцем по носу:

– Не ворчи! Пора ехать, скоро тетя Вета прилетит.

– Лучше бы Маша приехала с Аленкой, – буркнул Грегори и вприпрыжку направился к стоящему возле гаража «Геленвагену».

Открыв заднюю дверь, он шустро вскарабкался внутрь. Отец и мать, идущие чуть позади, засмеялись.