— Августина Тихоновна, не хотите ли пройтись немного?

Почему бы не пройтись? Ночь такая теплая, вот только разве что комары…

Она взяла его под руку, и вдвоем они неторопливо двинулись вдоль реки, в клубы тумана, в заросли высокого разлапистого папоротника. Некоторое время оба молчали.

Где-то в зарослях пробурчал козодой. Потом вдруг бесшумно подлетела и заверещала сова, совсем рядом. Августина вздрогнула, а директор остановился и отвернулся к реке. Потянулся за папиросами, но передумал, неестественно взмахнул рукой."

"— Я, Августина Тихоновна, очень неловко себя чувствую, — начал он, но, вздохнув, продолжил напористо и даже немного сердито: — Но все же скажу, раз решился. Вы мне нравитесь, Августина Тихоновна. Конечно, вы — дама, а я… мужлан неотесанный, но…

— Ну зачем вы так? — испугалась она.

— Да, да, не спорьте. И все же люди, бывает, разные могут… способны, знаете, дополнить друг друга. Хоть и разные совсем, а вместе, глядишь, — одно. Я закурю, можно?

Августина не успела ответить, он снова взмахнул рукой, вспомнил:

— Не буду. Вам же дым нельзя. Да и не хочу я, так, знаете, нервничаю.

— Да не надо нервничать, — попросила она,

Он волновался, и это не было неприятно ей. Она вдруг поняла, что устала быть одна. И что, возможно, она не такая уж и старая, если все еще нравится мужчинам?

Они отошли от всех довольно далеко. За рекой чуть порозовело небо, восход становился все очевиднее. Туман, поднимаясь от реки, казалось, решил спрятать все вокруг в свои сети.

— Я прошу вас, Августина Тихоновна, соединить, так сказать, наши судьбы…

— Вы что же, Павел Юрьевич, делаете мне предложение?

— Ну, я… Да, делаю.

Сказав, директор шумно выдохнул и отвернулся. И сразу увидел огонь. Сквозь туман он едва пробивался, но все же сомнений не оставалось — что-то горит в стороне замка.

— Мать-перемать! — тихо выругался директор, широкими шагами двинулся назад, бросив Августине: — Пожар у нас, кажется.

Остальные тоже заметили неладное со стороны замка и с криками бежали навстречу.

— Замок горит, Павел Юрьевич!

— Владик, — выдохнула Августина и бросилась вперед других напрямик к замку.

Когда подбежала ближе, увидела — дым вырывается из нижних окон, поднимается вверх, закрывает собой окна второго этажа, ползет к верхнему.

Из окошек подвала рвется огонь. Трещат стекла, сверху бросают вещи.

Сторож Михеич выводил сонных перепуганных детей черным ходом. По пожарной лестнице тоже спускались люди. Кто-то выкидывал из распахнутого окна второго этажа одеяла, подушки, одежду.

Августина, задыхаясь от быстрой ходьбы, подлетела к замку и первым делом разыскала своих воспитанников. Они, завернутые в одеяла, стояли кучкой у конюшни вместе с воспитательницей Зиночкой.

— Зина, а где Владик?

— А разве он не с вами? — удивилась та.