Скоро Роберт приедет, – мне было немного неуютно перед ней. Я ещё помнила свою первую свекровь, которая постоянно изучала меня чуть ли не под микроскопом, не стесняясь указывать на ошибки и недочёты. Мерзкое чувство, хотелось бы, чтобы мама Роберта была иной.

– У вас нет домработницы? – она смотрела на меня удивлённо.

– Нет, я не хочу. Что же тогда буду делать я?

– Хм, интересная вы, Валерия, – она меня изучала, откровенно рассматривая, отчего было не по себе. – Когда Роберт позвонил и сказал, что женился на простой, нормальной девушке, я и предположить не могла, что вы настолько нормальная.

– Давайте на «ты»… ну, то есть вы ко мне на «ты», а я как полагается… -

– А как полагается? – теперь она откровенно улыбалась, расслабленная она мне нравилась больше.

– Со старшими по имени отчеству. К тому же, получается, вы моя свекровь.

– Договорились. А ты мне нравишься, знаю тебя десять минут, но симпатия очевидна. Я, конечно, была удивлена такому скоропалительному браку сына, но Эдик, видимо, выбора Роберту не оставил. Эти его причуды… но, возможно, это к лучшему, переживала, что сын никогда не создаст семью.

Ему уже пятый десяток, а он… не то, что мы с его отцом.

– А как вы? – налила нам чай, и сладости имелись, уселась напротив неё. Я пока особо ничего не знала о муже, и сейчас передо мной был человек, который может восполнить мои знания.

– Наши с Эдиком семьи крутились в одних кругах. Не знаю, когда именно он меня заприметил, но мы понравились друг другу. Мне шестнадцать, ему двадцать шесть, поцелуи на заднем сиденье автомобиля и прогулки по ночной Москве…

– А дальше?

– А дальше, – моя свекровь усмехнулась, – в семнадцать я уже замужем и мама нашего общего сына.

Родители не были против, только радовались. Потом, конечно, и образование получила, всегда мечтала стать архитектором и мои знания пошли на пользу, когда Эдик свою фирму открыл. Помогала ему и словом, и делом, он в строительстве разбирался, умел, знал, а я на подхвате.

– Получается, корпорация – это и ваш труд?

– Получается, так.

– А потом?

– А потом мы развелись, и я уехала из России, – она опустила взгляд, рассматривая что-то незримое в кружке с чаем.

– Почему?.. Простите, наверное, это не моё дело…

– Ничего тайного в этом нет.

Просто развелись… Знаешь, так бывает, живёшь с человеком, считаешь, что всё хорошо, а потом понимаешь – ничего нет: чувств, общих желаний, целей, вообще ничего… Мы так много работали, что превратились со временем в деловых партнёров, перестав при этом быть парой. Я поняла это первой, просто почувствовала, предложив тихий развод. Эдик был против, но насильно удерживать меня не стал. Роберт уехал со мной, но его отец связь с ним никогда не терял и общения не прекращал.