- Мам ты мур-мур, - сын уютно кутался в плед на диване под старый советский мультфильм. Эти пластилиновые сказки, знакомые нам из детства, обладали своей магией, наивной и простой. Лучше любого снотворного они успокаивали и меня, и Степана. Всегда. Но только не сегодня.

- Я полнейший мур-мур, милый.

- А ты знаешь, что скоро на Марсе будут жить люди?

- Нет, - я мотаю головой. Туман перед глазами клубится все сильнее и я не вижу ничего: ни мальчика в пледе, ни телевизора, ни гигантского букета возле него. Только обиду, уродливую обиду, которую во мне разбудили снова. Мой сын пытается достучаться до меня, но даже у него это выходит с трудом.

- Мам, - он кладет свою пухлую ручку мне на лицо, - хочешь, поедем с Маском на Марс и будем там жить?

- Очень хочу, сынок.

Я поворачиваю его ладонь к себе и осторожно целую пальчики. Степан не может понять, что случилось, но в его глазах уже видится беспокойство. Не детский страх. А что-то взрослое, мужское.

- Ты заболела?

- Немного.

Мой голос срывается, как будто я уже плачу. Но мне не грустно, и даже сердце больше не болит, нет. Все эмоции занимает злость хотя бы за то, что я не могу сдержаться перед своим ребенком и раскатала сериальную драму на сезон.

Дети не должны видеть, как страдают их родители, тем более что и повода у меня нет. Так, только тень от прошлого, без него самого."

"А ещё я сержусь на своего психолога, которому отдала почти триста тысяч за два года работы. За это она слушала мои истерики, помогала справиться с паническими атаками, вести дневник прощения и уверяла, что фамилия Титов больше не вызовет ни единой эмоции во мне.

Получается, я сильно переплатила, потому что и Титовы есть. И бурлящая в душе обида тоже есть.

Я всхлипнула, но поймав очередной обеспокоенный взгляд сына, постаралась улыбнуться.

- Простыла, милый. Замерзла сегодня, вот и сопли. Досматривай мультфильм, а потом купаться, хорошо?

Он остался в комнате, пока я набирала ванну для его ритуала. Пышная пена, ночник со звездами, блестки в воду, специальный краситель, который имитирует космос и резиновые игрушки, в виде лунохода и пришельцев.

У моего сына было все. Реально все. Мое внимание и любовь, полезная еда, лучшие игрушки, подходящие его возрасту мультфильмы, общение с детьми, кружки, спорт, няня.

Я даже почти заменила ему отца, вот только…

Только все это вдруг оказалось на тонком волоске от катастрофы.

Я посмотрела на свое отражение. Плотно сжатые губы, пылающие глаза и решимость в каждой черте моего лица. Наверное, так выглядят амазонки, готовящиеся к бою.

- Ненавижу, - прошептала я, глядя на себя. Так просто, без конкретного повода, без адресата.

Просто чистая, кристально прозрачная ненависть, которой не должно быть место в моем доме.

Когда я укладывала Степу спать, позвонил Фунтик.