Так он поступал в России, когда хотел знать, что творится в регионах, – во многих воровских сообществах он имел своего человека."

"Варяг смог убедиться в том, что опробованный в России метод блестяще действует и здесь, в США, в стране с развитой демократией. В каждом клане непременно отыщется гангстер, готовый за щедрое вознаграждение поделиться «семейными» секретами. Порой Варяг был осведомлен о делах какого-либо из кланов в не меньшей степени, чем сами крестные отцы, обремененные текущими вопросами и тугими кошельками.

У Варяга разгорался вкус к предпринимательству.

Он чувствовал, что у него есть к этому способности – филиалы его фирмы теперь были открыты по всей стране. Одни торговали лесом, пшеницей, металлом, другие специализировались на посредничестве в деловых контактах с Россией. Третьи занимались производством ширпотреба и торговлей на Россию.

Организация, созданная Варягом, крепла. Какое-то время дела шли просто блестяще – получалось все, что бы ни было задумано. И это несколько притупило внимание Варяга. Неприятности начались пару месяцев назад, когда Варяг отправил своих представителей для переговоров с одной из крупных группировок Лос-Анджелеса, а сам улетел в Амстердам.

Ужасное известие застало его утром за чашкой крепкого кофе. Звонил Сивый. Двоих эмиссаров, отправленных им в Лос-Анджелес, застрелили в упор в тихом французском ресторанчике во время распития бордо. Еще двоих нашли с простреленными черепами в борделе в центре Сан-Диего. Труп пятого был обнаружен полицией в мусорном баке в Санта-Барбаре.

Варяг посчитал бы за случайность смерть одного из посыльных, но столь массовое убийство выдавало хорошо спланированную акцию.

Он чувствовал, что кто-то очень мощный встал за его спиной и умело использует возникшую ситуацию. Все эмиссары были уничтожены в то время, когда он находился в Европе. Было понятно, что это предупреждение.

Беда, как говорится, не приходит одна. Вот и на Варяга все навалилось разом: и эти убийства, и взрыв его автомобиля, и появление Сержанта, и неожиданный ночной звонок Артиста, спутавший мгновенно все планы.

Глава 18

Артист заявился слегка хмельным и таким же безалаберным, каким Варяг знал его еще в России.

Он удивлялся новому облику Варяга, не переставал восхищаться его домом, жаловался на то, что у него в Израиле «хибара» будет поплоше, шумно вздыхал и все время повторял, что здешний воздух, настоянный на благоухающих цветах, действует на него так же ободряюще, как стакан водки на голодный желудок.

Варяг больше молчал и все ждал, что сейчас Модест достанет из кармана ксиву, в которой с десяток законных изложили свои претензии. А Модест говорил все не о том.

Модест играл. Не случайно его звали Артистом.