Он уже заплатил аванс одному отморозку, согласившемуся за пятнадцать кусков бросить гранату под гамак с раскачивающимся Пузырем, и теперь этот дебил, по всей видимости, с нетерпением ждал адресок, чтобы скорее отработать назначенную сумму.

Что ж, пора ехать, решил Червовый, спускаясь на лифте. На улице накрапывал дождичек. Укрывшись зонтом, Червовый неторопливо вышел из подъезда. Под его окнами стоял бордовый «жигуль» девяносто девятой модели. Это была его рабочая машина, на которой он добирался до теплого трехместного гаража, где его дожидались две красавицы – «БМВ» и «Ниссан».

Привычно отомкнув дверь «девятки», он бросил зонтик на заднее сиденье, вставил ключ зажигания, не спеша повернул его.

Взрыва Червовый не услышал. Он лишь почувствовал, как машину подбросило вверх. Мгновения хватило, чтобы припомнить маленький дворик, в котором он провел большую часть своего детства… Еще мгновение – и наступила кромешная тьма.

Борис Бегетов, по кличке Бегемот, имел все основания, чтобы быть первым. Его группировка была одной из самых мощных и многочисленных в Санкт-Петербурге. После гибели Стреляного единственный, кто мешал усилению его авторитета, был Червовый – он не шел ни на какие контакты.

Люди Червового контролировали несколько базаров, опекали центральные гостиницы и открыто говорили о том, что хотели бы после смерти Стреляного установить тотальную опеку над портом и таможней. Морской порт и таможня представляли собой весьма лакомый кусок: ежедневная прибыль от этого бизнеса во много раз перекрывала доход, получаемый за месяц со всех киосков Васильевского острова.

Когда Стреляный был еще жив, Бегемот заключил с Червовым соглашение о разделе порта.

Бегемот стремился взять под свой контроль вывоз оружия, драгоценностей, антиквариата. Червовый наложил лапу на наркоту, автомобили, изделия ширпотреба. Но личные планы и амбиции каждого из них простирались значительно дальше. Бегемот ждал удобного момента, чтобы подчинить своему влиянию весь порт. Червовый также не собирался ограничиваться тем, что имел. Реально каждый из них стремился к контролю над всем городом, но на пути обоих стояли головорезы Стреляного, которые сейчас, лишившись своего лидера, находились в некоторой растерянности.

Бегемот понимал, что для него наступил весьма удобный момент и что нужно действовать, убрав прежде всего с дороги Пузыря, единственного реального преемника Стреляного. А далее, размышлял он, не составит труда переманить к себе наиболее перспективных бойцов, тем самым полностью ослабив позиции когда-то сильнейшей группировки.

Поэтому первым в его списке на уничтожение стоял Пузырь.

Об устранении Пузыря Бегемот быстро договорился с Червовым. Тот обещал эту акцию взять на себя.