– Как же я смогу это сделать?

– Только не предлагая ему сыграть в шахматы и не считая, что он поступает предусмотрительно, когда посещает других женщин, – коротко подытожил капитан Фаррел. – Я даже не представлял себе, как мужчине тяжело воспитывать дочь. Есть вещи, которые просто невозможно обсуждать с людьми противоположного пола.

Виктория беспокойно поднялась.

– Я подумаю над всем, о чем вы говорили, – пообещала она, пытаясь скрыть неловкость.

– Можно мне задать вам один вопрос? – с сомнением сказал на прощание капитан.

– Еще бы, – улыбнулась девушка. – В конце концов, я же задала вам массу вопросов.

– С вами никто никогда не говорил о браке?

– О таких вещах можно говорить только с матерью, – снова вспыхнула она. – Конечно, иногда говорят о каких-то супружеских обязанностях, но это так непонятно.

– Обязанностях! – презрительно повторил он. – В моей стране девушки мечтают о брачной ночи. Поезжайте домой и соблазните своего мужа, моя девочка, а он позаботится об остальном. После этого вы не будете считать это обязанностью. Уж я-то Джейсона знаю, можете мне поверить!

– А если я… сделаю это, он будет счастлив со мной?

– Будет! – мягко, но решительно подтвердил капитан Фаррел, улыбаясь. – И будьте уверены, что он и вас сделает счастливой.

Виктория поставила на стол нетронутый стакан с виски.

– Я мало знаю о браке, еще меньше о том, как быть женой, и абсолютно ничего о том, как соблазнить мужчину.

Капитан Фаррел посмотрел на застенчивую красавицу, стоящую перед ним, и его плечи затряслись от с трудом сдерживаемого смеха.

– Не думаю, что вам придется долго изучать эту трудную науку, моя милая! Как только Джейсон поймет, чего вы хотите, не сомневаюсь, что он примчится к вам на крыльях.

Виктория стала пунцовой, как роза в уэйкфилдском саду, улыбнулась и направилась к двери.

Обратный путь она проделала, настолько глубоко погрузившись в собственные мысли, что не заметила, как приехала. К тому моменту, когда Матадор остановился у чугунных ворот Уэйкфилд-Парка, Виктория точно поняла одно: она не хочет, чтобы Джейсон чувствовал себя с ней так же одиноко, как одиноко было ее отцу."

"В конце концов, провести с Джейсоном ночь не такая уж страшная перспектива. В особенности если бы он поцеловал ее так же страстно и смело, как это уже бывало, так, что у нее закружится голова и все тело станет горячим и мягким. Вместо того чтобы, лежа рядом с Джейсоном, думать о новых платьях, как советовала мисс Флосси, она лучше будет думать о том, как он ее целовал. Найдя такое удачное решение проблемы, она даже посмела признаться себе, что обожает его поцелуи. «Как жаль, что в постели мужчины не целуются, – подумала она. – Все бы тогда было иначе. Конечно, днем они целуются, но в постели они занимаются совсем другим».