Благородный белый, все оттенки коричневого, начиная от густого насыщенного темно-кофейного цвета и заканчивая легким золотисто-бежевым оттенком – это была та роскошь, о которой я всегда мечтала. Не вычурная, сдержанная, даже как будто бы немного скромная."

"Сама комната казалась очень просторной, может быть потому, что мебели стояло совсем немного. Моя кровать высокая с красивым резным изголовьем, по бокам две тумбочки, с изящными светильниками с абажурами. Думаю, что вместо лампочек и электричества, использовались светящиеся камни и магия.

Слева от кровати располагалась огромное, от пола до потока окно, красиво обрамленное многослойными шторами. Их в комнате было два на одной стене. Между окнами стоял маленький, аккуратный туалетный столик с большим овальным зеркалом в толстой тяжелой раме с крупными завитками.

Справа напротив первого окна висело еще одно зеркало точно в такой же раме. Оно отражало падающий на него свет и казалось еще одним окном. Дальше, были две двери: в ванную и в личную гостиную. Между ними стоял комод, на котором красовались ажурные подсвечники. только вместо свечей на них стояли столбики светящихся камней с шапочкой из вырезанного из янтаря огня. В темноте все это, наверное, выглядит просто волшебно.

На натертом до блеска паркетном полу лежали два небольших коврика по обеим сторонам от кровати.

– Леди, – отвлекала меня Асилька, – позвольте напомнить, что опаздывать на завтрак и приходить позже его величества совершенно неприемлемо. А времени на сборы осталось совсем немного…

– Да, Асилька, – улыбнулась я, – я уже встаю.

Через полчаса я уже сидела за туалетным столиком, а Лейса под присмотром гувернантки, сооружала на моей голове высокую прическу. Она так ловко орудовала расческой и магическими щипцами, что даже мои, убитые самодельным щелоком волосы, превратились в роскошные, живые, огненно-рыжие локоны до середины спины.

До приема оставалось меньше часа. Здесь, в отличие от деревни, для измерения времени использовали знакомые мне величины. И даже циферблаты часов были абсолютно похожи на наши.

Асилька заметно нервничала, что заставляло меня спешить. Я выскочила из спальни и попала в руки нелюдей: высокой стройной эльфячки и маленькой зеленой гоблиншей, оказавшейся самой лучшей мастерицей. Она прыгала вокруг меня, прикладывая ткани, что-то бормоча и иногда возмущенно фыркая. Помощница металась по гостиной, заваленной разноцветными рулонами материи, тесьмой, пуговицами, выточенными из полудрагоценных камней, каким-то образом угадывая, что именно нужно ее начальнице.

Гоблинша бесцеремонно вертела меня из стороны в сторону, до боли тыча в меня твердыми и жескими пальцами. Я подумала, что после этого у меня на теле останутся синяки.