А что? Почему нет?

И наступил неизбежный момент, когда все это ей осточертело — бе-бе-бе да бла-бла-бла, с одного языка на другой и обратно, с девяти утра до шести вечера! Свободолюбивая Стаськина натура взбунтовалась!

А тут как раз подвернулось знакомство с главным редактором издательства — произошли какие-то накладки с документами при оформлении его документов на поездку в Австрию, и Стаську попросили переводить, вот волею случая и познакомилась. В благодарность за оперативную помощь он пригласил ее на кофе в кафе, где Станислава без зазрения совести пожаловалась на рабочую рутину.

Мужик мимоходом предложил попробовать перевести некий текст с французского и переслать ему электронной почтой.

Самой большой заманухой проходило то, что можно переводить дома, без непосредственного посещения места работы.

Стаська перевела и отправила, они друг другу понравились — ей сама работа, работодателям — ее художественный перевод.

Обнаружив, что у нее образовалось достаточно свободного времени, Станислава предложила свои услуги переводчика документации двум фирмам — одной французской, второй русской, но работающей с немцами.

Сотрудничать с ней пожелали обе. Ей присылали на домашний компьютер тексты, она переводила и отсылала — быстро и весело! В особых случаях распечатывала сама, ставила подпись и личную печать переводчика с номером лицензии и ее фамилией — имелись у нее и такие — и собственноручно отвозила в офис.

Не самая пыльная работа, но вот теперь ее оказалось много.

Княгинюшка ворчала: во-первых, Стаська перетруждается, во-вторых, что это она выдумала — домашняя работа! Молодой женщине надо находиться среди людей, в коллективе, знакомиться, дружить, общаться, а она, как бабка старая, в четырех стенах отсиживается! И в-третьих: зачем ей это надо?

— Чтобы языки не забывать! — приводила единственный аргумент, который могла придумать, Стаська.

Ну, не объяснять же княгинюшке, что ей до смерти надоели все эти коллективы, с их интригами, флиртами, подковерными карьерными играми, новой модой на обязательное участие в корпоративных развлекухах.

— Ты захочешь — не забудешь! — не сдавалась тетка, чувствуя, что не все так прямолинейно, как Стаська преподносит.

 — Твои родители были правы, когда заподозрили у тебя абсолютный слух. Ошиблись в одном — в направлении. Он не столько музыкальный, сколько языковый. У тебя исключительное слышание языков, ты их внутренне чувствуешь — ритмику, музыку, звучание. Если бы мне так легко давались языки, как тебе, я их десяток выучила! А сидеть зубрить слова возраст не тот и желания нет.

— Спасибо за лестную оценку моих способностей! — смеялась Стаська.

— Не лестную, а правдивую! — строго поправляла тетка.