— А затем, что мне кажется, ты сама не понимаешь до конца, что такое жить вместе! И это вовсе не то, что я слышала в твоем телефонном разговоре! Вы оба настолько привыкли жить в одиночку, что просто не знаете, как жить вдвоем! Это, дорогая моя, трудная работа, и именно: и в радости, и в беде, и в болезни, и в здравии! А не «у меня тут проблемы, и я не хочу тебя ими грузить и оскорблять!», а ты ему в ответ: «У тебя проблемы, я понимаю — справишься, приезжай!» Какие могут быть Веры со всеми их болезнями и трудностями, разъединяющими вас?! Если вы действительно вместе и чувствуете себя одним целым — значит, вместе и проходите все! Ладно, он сейчас в некотором шоке, и я не удивлюсь, если впрягся решать ситуацию: и деньги, и сиделок, и помощь семье — это как раз понятно. Но ты! Отвечай мне как на духу: ты абсолютно, без тени сомнения уверена, что собираешься жить со Степаном? Без балалайства — сегодня здесь, завтра там, кто и к кому приехал, а постоянно вместе, одной семьей, жизнью, одним домом?

Стаська, ошарашенная от такого грозного теткиного наставления, призадумалась, прислушалась к себе, представила себе это «вместе» и… и широко, радостно улыбнулась!

— Да! — И кивнула, для пущей убедительности. — Да!

— И слава богу! — позволила себе расслабиться княгинюшка, но ненадолго, приняла деловой тон: — Значит, когда он позвонит, никаких сопель: «я понимаю, я потерплю» — домой! Вместе переживем твою боль и неприятности! Ясно?!

— Да! — улыбалась Стаська и отдала шутливо честь, приложив ладонь к голове, и спохватилась: — А как я это скажу? Я ж не жена сварливая, я подруга боевая и все понимаю!

— Давай свое мясо, что там у тебя к нему, и чаю еще! — отдавала приказания, как на плацу новобранцам, Сима. — Черт с ней, с фигурой, раз пошла такая песня! Будем думать, как помочь твоему Степану, поддержать! Разумеется, так прямо и грубо «наезжать» не стоит, это я для ясности картины!

Стаська подскочила, ринулась к холодильнику, распахнула дверцу, на ходу передумала, хлопнула запищавшей от бесцеремонного обращения дверцей, кинулась к тетке, нагнулась, поцеловала в щеку, сильно прижала к себе:

— Как же я тебя люблю! Какое счастье, что ты у меня есть!

— Большое! — усмехнулась княгинюшка, поглаживая Стаськины обнимающие руки. — Согласна! Такое же большое, как и то, что у меня есть ты!

— Спасибо тебе! — сказала Стаська, уткнувшись носом в затылок Симы. — Я бы не додумалась до всего, что ты сказала, а если бы додумалась, то потом, набив шишек и глупостей наделав!"

"— Слава, что здесь удивительного? — продолжая поглаживать Стаську, сказала Сима. — Ты никогда не жила с мужчиной. С любимым мужчиной. Да и примера нормальной семьи у тебя перед глазами не было.