– Хорошо, – сказал Джек. – Наверное, вы правы, Габриэль.

– Вы со мной? – спросила его собеседница, пристально глядя на него.

– Да, Габриэль. Я всегда с вами.

– Вот и славно, – одобрила дочка фехтовальщика. – Только, прошу вас, постарайтесь не слишком распространяться о карте. Мы с вами прекрасно знаем, чего стоят все надписи и указания на ней, но вот команда может принять их всерьез, и тогда у нас начнутся неприятности.

– Я уже подумал об этом, – сказал Джек. – Я никому не говорил о карте, кроме Луизы, но она пообещала держать язык за зубами.

– Будем надеяться, что ваша подруга сдержит свое обещание, – сказала Габриэль.

 – Спасибо за все, капитан. Вы даже не подозреваете, как важна для меня ваша поддержка!

Джек удалился, окрыленный ее последними словами куда больше, чем тысячью признаний в любви. Вскоре после того, как он покинул каюту Габриэль, туда вернулся Анри, тащивший воду для умывания.

– Редкостный болван, – проворчал он, кивая на дверь. – Ума не приложу, что вы могли в нем найти.

– Анри, вы обо всем судите с непростительным цинизмом, это раз, – заметила Габриэль, смачивая лицо водой.

 – Кроме того, вы преувеличиваете мою симпатию к капитану Джеку, это два. И, наконец, – добавила она, беря из рук слуги полотенце, – я не обязана вам давать отчета в своих действиях. Это три.

– Никогда не знал, что вы так жестоки, – с горечью промолвил Анри.

– Ну полно, друг мой, не сердитесь, – примирительно сказала Габриэль, легонько чмокнула его в щеку и убрала прядку, которая свешивалась ему на левый глаз. – Вы же знаете, что без вас я как без рук. А теперь помогите-ка мне надеть камзол и дайте мне пудру, которую вы стащили у дочки де Кюсси.

Я не могу выступать перед людьми с таким синяком. Вам известно, Анри, что оратор с побитой рожей всегда внушает недоверие?"

"Когда склянки отбили десять часов, в кормовой рубке состоялся военный совет под председательством шевалье де Сент-Илера. Синяк на его скуле почти исчез, и то ли по этой, то ли по какой иной причине держался зеленоглазый француз чрезвычайно уверенно. Все собравшиеся в рубке слушали его с неослабевающим вниманием. Вначале Сент-Илер извинился перед корсарами за то, что им пришлось так спешно покинуть Тортугу.

К сожалению, в связи с военными действиями против Англии губернатор решил задержать корабль, которым командовал Джек Осборн, посему капитан и решил срочно сматывать удочки, как выражаются на суше. Что касается какого-то фрегата, взорвавшегося в море неподалеку от гавани, то Сент-Илер готов поклясться на Библии, что Джек не имеет к происшествию ни малейшего отношения.

– Наверное, – добавил шевалье, – кто-то на фрегате имел неосторожность закурить рядом с пороховым погребом. Так или иначе проблема не наша.