— Есть, сэр, — отозвалась она, отправляя Тото в обратный путь.

Марино, Уэсли и я поднялись в мобильный командный пункт. Стены здесь были обтянуты серой и синей тканью, между сиденьями стояли столики. В задней части имелись кухонька и душевая, окна покрыты тонировкой. Радио и компьютерное оборудование группировалось в передней части, все пять настенных телевизоров были настроены на разные новостные каналы и передавали разные картинки. Мы еще шли по проходу, когда зазвонил красный телефон. Звонил он настойчиво и требовательно, и Уэсли поднял трубку.

— Да, — ответил он, нажимая на две кнопки — записи и громкой связи.

— Нам нужен доктор. — Судя по голосу, говорил белый мужчина, южанин. Дышал он тяжело.

— Хорошо, но этого мало. Дайте больше информации.

— Не дури мне мозги! — заорал незнакомец.

— Послушайте, — спокойно продолжал Уэсли. — Мы вас дурить не собираемся, ясно? Мы хотим помочь, но мне нужно знать более подробную информацию.

— Парень свалился в бассейн и теперь вроде как в коме.

— Кто он?

— Какая тебе, на хрен, разница?

Уэсли замялся.

— Он умирает, а у нас тут все подключено. Понял? Если ничего не сделаете, взорвем к черту всю эту лавочку!

Мы понимали, что он имеет в виду, так что задавать лишних вопросов Уэсли не стал. С Джоэлом Хэндом что-то случилось, и мне не хотелось даже думать, на что будут способны его последователи, если их лидер умрет.

— Он может передвигаться в воде? — спросил Уэсли.

— Он не умеет плавать! К тому же он вообще не двигается, черт побери!

— Давайте я уточню кое-что. Он что, утонул?

— Слушай. Вода радиоактивная. В ней эти штуки… топливные сборки. Ясно тебе?

— Он был внутри реактора?

Незнакомец опять закричал:

— Да заткнись ты со своими идиотскими вопросами! Лучше пришли кого-нибудь помочь. Он умирает. Все умирают. Доходит?

В трубке сухо треснул выстрел.

Все застыли. Где-то на заднем фоне прозвучал крик. Сердце бешено колотилось о ребра."

"— Протянешь еще минуту, — произнес знакомый голос, — умрет еще один.

Я шагнула к телефону и, прежде чем меня успели остановить, сказала:

— Я — врач. Мне нужно знать, что именно произошло и когда он упал в реакторный бассейн.

Тишина. Потом я услышала:

— Я только знаю, что он едва не утонул. Мы его вытащили, пытались откачать, но он уже был без сознания.

— Он глотнул воды?

— Не знаю. Может быть. Изо рта немного вылилось. — Говоривший занервничал. — Но если вы, леди, не сделаете что-нибудь, я превращу Вирджинию в пустыню!

— Я помогу. Но прежде должна задать еще несколько вопросов. В каком он сейчас состоянии?

— Я же сказал. Он вырубился. Как будто в коме.

— Где он находится?

— В комнате, с нами. — Голос снова завибрировал от эмоций. — Он ни на что не реагирует, как мы ни стараемся.

— Я принесу лед и медикаменты.