Я и сама не очень-то сильна в кулинарии. Я могу приготовить всего несколько достойных блюд и немного сладостей, но ничего особенного. В детстве бо´льшую часть времени я посвящала балету, но, когда у меня выдавался свободный час-другой, я любила идти на кухню и помогать нашему повару готовить еду. Я никогда не пробовала печь печенье, но это не должно быть так уж сложно. Я беру телефон и отправляю Михаилу сообщение.

14:17, Бьянка: Мне нужно сбегать в магазин. Буду через двадцать минут.

Через минуту дверь кабинета Михаила открывается. Он выходит, направляется на кухню и смотрит на все, что я разложила на стойке. Его взгляд скользит по большой сковороде, которую я застелила пергаментной бумагой, миске с тертым шоколадом и маленькой кастрюльке с огромным куском сливочного масла, которое я оставила растапливаться.

– Ты готовишь печенье для Лены, – говорит он и смотрит на меня. Я не могу разглядеть выражение его лица, но, кажется, он смущен.

Я пожимаю плечами, печатаю на моем телефоне и показываю ему экран.

Не обольщайся. Я делаю это впервые, поэтому не знаю, насколько съедобными они окажутся.

Он кладет палец мне на подбородок и приподнимает мою голову, его голубой глаз наблюдает за мной. Я ловлю себя на том, что сосредоточиваюсь на его губах. Твердые, плотно сжатые. Останутся ли они такими, если я его поцелую?

– Пойдем в магазин, – говорит он и отпускает мой подбородок.

Я провожаю его взглядом, пока он берет ключи и бумажник. Он напоминает мне пантеру – большую, черную и, казалось бы, спокойную, но у меня такое чувство, что за всем этим самообладанием и спокойствием скрывается зверь.

* * *Магазинчик рядом с квартирой крошечный, но мне удается найти все необходимое, а также небольшой набор формочек для печенья и несколько разноцветных съедобных украшений. Михаил молча следует за мной, все время держась на шаг позади. Когда я останавливаюсь в отделе с фруктами и начинаю складывать яблоки и бананы в корзину, он тянется взять ее из моей руки, и наши пальцы соприкасаются. Я медленно отпускаю ручку и провожу по тыльной стороне его пальцев, прежде чем продолжить рассматривать фрукты.

Михаил оплачивает мои покупки и относит пакеты в квартиру. Поставив их на кухонную стойку, я ожидаю, что он вернется к своей работе. Вместо этого он прислоняется спиной к шкафчикам, скрестив руки перед собой, и наблюдает за тем, как я мою руки. Я чувствую его пристальный взгляд на себе все время, пока готовлю тесто. Каждый раз, когда я краем глаза замечаю это, мне приходится перечитывать рецепт. Мне трудно сосредоточиться, зная, что он рядом и наблюдает за мной, но не потому, что я нервничаю, а потому, что мне это нравится.