– Скажешь, что не думаешь так?

– Думаю.

– Так почему не попробовать? Ну, если ты его ненавидишь – то всё ясно. Прощай Юсупов, здравствуй красавчик из булочной. Но если у тебя остались какие-то чувства…

– То что? Попробовать и разочароваться?

– Да!

Аля заряжает такой дозой энтузиазма, что мне хочется в эту же секунду принять её предложение. Но я качаю головой. Она не понимает какого это – оказаться настолько преданной.

Не только изменой, которой и не было.

А оказаться недостойной, чтобы всё рассказали. Позволили самой решать, как жить и что делать.

Да, я бы волновалась! Изводила бы себя круглосуточно, дергалась по любому поводу. Моя жизнь могла бы быть сплошной нервотрепкой.

Но у меня было это право.

А Демид, желая защитить меня, лишил его.

Единственное, что спасает мужчину, что я сейчас беременна. И такой уровень стресса просто бы лишил меня возможности выносить ребенка.

– Если не получится, то что ты теряешь? – ждёт ответа, а у меня его нет. – Я ведь не говорю за него замуж выходить или возвращаться. Можно просто попробовать. Нет так нет.

– Мне будет плохо?

– А сейчас тебе всё время хорошо? Ты ведь тоже изводишь себя сомнениями.

Лучше проверить, а после согласиться, что была права. Рискни, Лиз. Если ты сомневаешься, значит, принятое решение тебя не устраивает.

– Рисковать не так-то просто.

– Я ведь тоже рискнула. Когда вышла за Булата. Если бы у нас ничего не получилось… Чтобы я делала? У меня ни друзей здесь не было, ни знакомых. Вся моя семья далеко. Университет бросила из-за беременности, работала в жизни лишь пару месяцев. Столько «но» было. А я рискнула! И очень счастлива.

– У вас другая ситуация, Аль. Кроме того, а вдруг завтра всё изменится?

– И? – спрашивает легко, ничуть не обидевшись. – Значит, так нужно было для чего-то. Тем более, что без помощи я не останусь.

– Уверена в нём на сто процентов?

– Уверена в себе. У меня же есть отложенные деньги, на учебе восстановлюсь… Не пропаду.

Вот за что я люблю Алю – она никогда ничего не принимает на свой счет. Даже когда меня прорывает негативом, а гормоны топят любое проявление неадекватности – девушка это воспринимает спокойно.

Кивает, мол, да, у тебя такое было.

А у меня – нет. И у меня не будет такой истории, ведь вводные данные другие. Так что можешь жаловаться и язвить, я поддержу.

Поддаюсь эмоциям, обнимаю девушку. Она крепко сжимает мои плечи в ответ. Мне казалось, что у меня не особо много друзей дома. Но уехав, понимаю, что мне дико не хватает знакомых.

Ребят с больницы. Особенно Костенко и её нотаций, от которых настроение поднималось. Левенко, чтоб его. Рины с её неожиданными идеями и неготовностью отступать.