Точных сведений пока нет, но один наш шпион доложил, что королева Пурпур мертва – и убили её драконята.

Ласт хлопнул крыльями от удивления.

– Неужели наши?

– Похоже, у них талант удирать… но другой шпион уверяет, что выбраться живыми им не удалось.

Ласта замутило, будто он наелся ядовитых медуз. Драконята должны жить! После всего, чем он пожертвовал ради исполнения пророчества… Да и собственную шкуру иначе не сберечь, напомнил тихонько внутренний голос.

– Если они где-то в Пиррии, подумай, как найти их! – прошипел Наутилус. – Только без самоубийственных планов – по крайней мере, с нашим участием. Сам лезь куда угодно, это твоё личное дело.

Ласт развёл перепончатыми лапами.

– Я не знаю, где их искать.

Он и впрямь понятия не имел, куда могли скрыться драконята. С какой стати их вообще потянуло куда-то одних, без взрослых?

Сам он провёл в одиночестве худшие дни своей жизни, когда покинул Морскую королеву в разгар битвы, и спасся лишь благодаря тому, что прибился к Когтям мира. Вдали от родного племени и без защиты Когтей драконят ждёт гибель.

– Если мы их не вернём, – продолжал Наутилус, – останется только запасной план. – Он задумчиво почесал жабры.

– Какой запасной? – удивился Ласт.

– Не твоего ума дело, – оскалился Мороз.

– Но как же… Мы должны их вернуть! Это драконята судьбы – только им дано остановить войну.

– Верь в пророчество, Ласт, – наставительно проронил Наутилус.

– Вот именно! – подхватила земляная дракониха. – Когти мира не откладывают все яйца в одно гнездо, запасной вариант всегда есть.

Ласт снова обвёл взглядом сверкающие во тьме глаза, и кроме Кайманы, ни у кого не заметил сочувствия.

– Я не понимаю, – сказал он.

Да и как это понять? Неужели пророчество не единственное?

– Где тебе, – презрительно бросил Наутилус, – ты только помешаешь.

Не успел Ласт переспросить, как Мороз прыгнул на него и прижал к земле. Тело, израненное в схватке с небесными, взорвалось болью. Крылья смялись под могучими лапами ледяного, зубчатые когти впивались в чешую.

– Что ты делаешь?! – завопил Ласт. – Я же свой! Восьмой год с вами!

– Ты подвёл нас! – прошипел Мороз.

– Погоди… – начал Наутилус и вдруг осёкся. – Ладно, всё правильно.

– Я вырву твоё сердце и скормлю рыбам! – рычал ледяной.

Ласт невольно припомнил сома, которого только что съел сам. Ирония судьбы…

– Мы же драконы мира, – хрипел он, корчась от боли, – как можно убивать друг друга? Мы другие, не такие, как Огонь, Пламень, Ожог…

– Мне очень жаль, – вздохнул Наутилус, – но мир важнее, чем жизнь каждого из нас.