— Мы…"

"— Да ладно, Базза, уж мне-то мог бы сказать! — Томми заговорщицки подмигнул Дорофееву. — Все знают, что Ахадир — идефикс Помпилио.

Точнее — идефикс всех цепарей Герметикона, мечтающих отыскать легендарную священную планету не меньше, чем Изначальный мир или три потерянных планеты Ожерелья. Однако Базза был человеком прагматичным и в сказки не верил.

— Ахадира не существует.

— Как и цеппеля Одинокой Матери, — поддакнул Томми.

— Как и цеппеля Одинокой Матери, — согласно кивнул Дорофеев. — Не поверю, пока не увижу.

— А как же это? — Томми торжествующе продемонстрировал Баззе первую полосу «Каатианского вестника».

 — Одинокая Мать появилась на Абакате!

Томми Джонс никогда не забирался дальше ближайших к Ожерелью планет Бисера, а потому обожал таинственные истории о необъяснимых событиях в дальних мирах, и жадно поглощал даже самые завиральные журналистские байки.

— Цеппель опять явился ночью, прошел сквозь вижилан и взял курс на север. А на следующий день сообщили о гибели небольшого города…

— Одинокой Матери не существует, — усмехнулся Базза.

— Кто же совершает убийства?

— Работорговцы, пираты…

— Жителей не похищают и не грабят, просто убивают.

— Одинокая Мать появляется только в приграничных мирах. На мой взгляд, одного этого факта достаточно, чтобы понять, что это или работорговцы, или пираты.

— Ни то ни другое! — замотал головой Джонс. — В газетах пишут…

— Томми!

— Базза? — Джонс поднял брови. — В кои-то веки я могу поговорить с человеком, который лично облазил все миры Герметикона. Так что не мешай.

— В кои-то веки ты встретил человека, который не верит ни в одну из этих историй. — Дорофеев рассмеялся, удобнее устроился в кресле и поинтересовался: — Давно здесь?

— Да как сказать… — Томми глотнул коньяка.

 — Всего шесть часов, но уже второй раз за неделю. И седьмой за месяц. Ухожу в четыре пополудни.

— Открыли регулярный рейс?

— Почти.

— Беженцы? — осведомился после короткой паузы Дорофеев.

И услышал ожидаемое:

— Да.

Джонс был капитаном «Белой Птицы», сверхбольшого пассера транспортной фирмы «Регулярные линии Северного Бисера», и обычно ходил по Ожерелью — гонять его вместительное судно на Заграту не имело коммерческого смысла.

Теперь же, судя по всему, ситуация изменилась.

— Прибыль, Базза, проклятая прибыль, — проворчал Джонс после того, как официант доставил Дорофееву выпивку. — Сюда везем всякое дерьмо, а отсюда — перепуганных людей. Стоимость билетов задрали в три раза, но будь я проклят, если пустует хоть одно место.

— Что за «дерьмо»?

— Отребье со всего Герметикона, — не стал скрывать Томми. — Подонки, почуявшие запах наживы… Ты в курсе, что здесь происходит?

Торопиться с ответом Базза не стал.