— Разве ты не получил свою долю?

— Саммер, насколько я слышал, благополучно покинул Альбург, — улыбнулся в ответ Форман. — Ты молодец, Феликс и… добрый вечер.

— Добрый вечер, — повторил лысоватый.

Учитывая, что время приближалось к двум, наемник имел право на сарказм:

— Пришли пожелать мне спокойной ночи?

— Пришли пожелать тебе удачной работы, Феликс. — Форман стал серьезным. — Есть дело.

— Мы достаточно выудили из Саммера, — хмыкнул Вебер. — И можем позволить себе поспать. Никаких дел до завтра.

— С чего такая категоричность?

— В Альбурге слишком грязно, — помолчав, ответил наемник. — Тебе докладывали, что там происходит?

— Разумеется, — кивнул Форман, делая маленький глоток пива.

— Там сейчас можно замазаться на всю жизнь, так что мы лучше поспим. Подождем до утра и снова будем открыты для предложений.

— Перед кем вы опасаетесь замазаться, синьор Вебер? — негромко спросил лысоватый.

Наиболее подходящий ответ вуленит оглашать не стал, несмотря на то что грубая фраза почти сорвалась с уст. Медленно провел пальцем по краю бокала, после чего уточнил у Формана:

— Я должен ему отвечать?

— Ты говоришь с потенциальным заказчиком, Феликс, — с улыбкой ответил тот. — И, поверь мне на слово: с очень выгодным заказчиком.

Наемник потер подбородок, всем своим видом показывая, что его одолевают весомые сомнения, однако разговор продолжил:

— О какой сумме идет речь?

— Странно, что вы не спросили, что придется делать, — мягко произнес лысоватый. — Странно для человека, который боится замазаться.

— Я думаю, Форман изложил наши принципы, — твердо ответил Вебер. — Если вы предложите что-нибудь неприемлемое, мы откажемся.

— То есть убийство Большого Флима — дело приемлемое?

Вопрос вулениту категорически не понравился. Он чуть приподнял шляпу — ровно настолько, чтобы стали видны глаза, и, глядя на уголовника, веско произнес:

— У некоторых обитателей Отлитого Хусса слишком длинные языки.

— Я должен был показать товар лицом, Феликс, — поспешил оправдаться Форман. — Ничего личного. И синьор Зопчик дал слово, что наша маленькая тайна останется нашей маленькой тайной.

— Меня зовут Ян Зопчик, — сообщил заказчик. — Я представляю Трудовую партию.

— Всю? — саркастически осведомился Вебер.

— Можно сказать и так, — серьезно ответил Зопчик. — Я вхожу в центральный комитет партии, то есть — в ее мозговой центр. А если вы не разучились думать, то понимаете, что сейчас это мозговой центр всей Заграты. Завтра на основе нашего комитета будет сформировано правительство. Власть короля осталась в прошлом.

— Вы уверены?

— Прогуляйтесь по Альбургу и сами убедитесь.

— Я гулял по Альбургу, — медленно ответил наемник.