— Одну минуточку, я сейчас спущусь.

Пока он спускался по внутренней лестнице, перебранка, очевидно, не затихала. Открыв дверь, он услышал слова Глисона:

— …Никого ни впускать, ни выпускать — так мне велено.

На что женщина резко ответила:

— Ничего подобного — вам велено только «не впускать».

— Ах, так вы все знаете! — с сарказмом отозвался мужчина в штатском. — Вы еще будете говорить мне, что мне велено, а что нет!

Шон подошел к ним и подождал, пока они успокоятся.

— Ну а почему? Почему вы хотите уйти?

— Почему? — презрительно повторила она. — Да все же знают!

— Что все знают? — отразил он ее удар, бросив понимающий взгляд на мужчину.

— Послушайте, мистер, — твердо сказала она, — ну кого вы хотите обмануть? Я всю ночь не сомкнула глаз. Вы только посмотрите на меня, меня же всю трясет. — Она протянула к нему руку, чтобы он сам убедился. Голос у нее от возбуждения зазвучал громче. — Я хочу уйти отсюда, вы понимаете, выбраться отсюда. У меня семья. Муж и двое деток.

— Да ничего здесь не случится.

Голос зазвучал еще громче:"

"— Послушайте, мистер, я не собираюсь с вами спорить. Если даже ничего и не случится, я все равно не хочу находиться здесь, пока ничего не случится.

Неужели вы не можете вбить это себе в голову? Я просто хочу убраться из этого дома, убраться раз и навсегда!

Он видел, что она близка к истерике, неподвластной разуму.

— А мисс Рид знает об этом?

— Я только что поговорила с ней, прежде чем выйти. Теперь отдайте мне мой чемодан и пропустите меня. Вы не имеете права удерживать меня здесь против моей воли, как не имеет на это права и вон тот, другой мужчина.

Шон убрал ногу с чемодана:

— В нем ваши личные вещи?

— Личные! — вспыхнула она.

 — Если хотите, могу открыть его и показать вам прямо здесь! — Она лихорадочно принялась возиться с застежками чемодана.

Он махнул рукой.

— Если я вас и отпускаю, — сказал он, — так только потому, что не хочу, чтобы вы устраивали тут базар, пугая других людей еще больше, чем они уже напуганы. Я пытаюсь им помочь, а какая помощь от вас в таком состоянии! — Он с отвращением отступил в сторону. — Ну что ж, Глисон, пропустите ее!

Схватив чемодан, кухарка дунула по изгибающейся подъездной аллее к видневшемуся вдали въезду в поместье.

Она становилась все меньше и меньше, но аллея была такая длинная, а изгиб такой плавный, что казалось, расстояние между двумя точками оставалось неизменным, а сама она просто съеживается до кукольных размеров. Время от времени женщина испуганно оглядывалась назад. Не на них двоих, а на сам дом.

— Сроду еще не видел такой перепуганной бабы, — заметил Глисон. — Причем совершенно беспричинно.

«Зато я видел, — подумал Шон. — Причем не девушку, а мужчину, да еще в летах.