Да, Андрюша никогда не ходил с отцом ни на рыбалку, ни в походы и прочие мужские развлечения. Тарас даже в парки его не водил, утверждая, что этим должна заниматься мать. А он должен только зарабатывать деньги. Зато Тарас его воспитывал. Но больше запугивал и давил, а не объяснял, что хорошо, а что плохо. И теперь я глубоко сожалею, что в моей жизни так произошло.

— Тогда подождите меня, я быстро, — закрываю ноутбук. — Надену спортивный костюм и кроссовки.

— Ну что ты, Линочка, — останавливает меня Вячеслав Анатольевич. Да, он называет меня Линой. Мне нравится, меня так папа называл. — Рыбалка — это мужское дело. Мы сами справимся, отдыхай.

— Но… — хлопаю глазами.

— Да не переживай ты. Я справлюсь и присмотрю за Андреем. Всё будет хорошо. Ну ты что, мне не доверяешь?

— Доверяю, — киваю.

— Вот и хорошо. Пойдем, Андрей.

И мужчины уходят по своим мужским делам.

А я до сих пор не верю, что так бывает… И если я сплю, то хочу никогда не просыпаться.

Продолжаю работу. Ухожу в себя, сосредотачиваюсь и вздрагиваю, подпрыгивая на месте от неожиданности, когда к моей шее прикасается что-то тёплое.

— Ты чего так испугалась? — спрашивает Артур позади меня, целуя в шею, его наглые руки уже сжимают мою грудь. А я вдыхаю, прикрывая глаза, втягивая в себя его запах.

Вам может показаться, что нельзя влюбиться в мужчину всего за несколько недель. Попробуйте устоять перед Артуром.

Накрываю ладонями его руки на моей груди, останавливая. Ему дай волю, он залезет мне под блузку прямо во дворе.

Артур вообще очень тактильный мужчина. Ему постоянно необходимо меня касаться, целовать, вдыхать. Его всегда так много. Но мне нравится. Дико нравится всё, что он мне дает.

— У меня хорошие новости, — шепчет мне на ухо.

— Ммм, — всегда мямлю и теряю голос от его близости. Я с ним словно пластилин — лепи, что хочешь.

— Уже в понедельник ты станешь свободной женщиной. Надо будет поехать на подписание документов.

— Как в понедельник? Я читала, что только через месяц, — оборачиваюсь к Артуру. И он сразу же захватывает мои губы.

— Ну это если нет связей, а у нас они есть, — усмехается мне в губы, играя бровями. — Я не готов ждать месяц.

— А суд? У нас же ребёнок и имущество.

— Суд — это если одна сторона не согласна. А у вас нотариальное соглашение.

— Да? Тарас на всё согласен?

Быть такого не может. Я слишком хорошо его знаю.

— Конечно, согласен.

— Но как?

— Он слишком много нагрешил и слишком труслив. Не бери в голову, девочка моя. Всё будет хорошо.

— Спасибо, — выдыхаю, обнимая его за шею.

— А где все?

— Вячеслав Анатольевич с Андреем ушли на рыбалку. Тамара уехала в город.

— Так мы одни в доме?

— Да.

— А почему тогда мы теряем время? — поднимает меня за руки и ведёт в дом.

— Артур, нет! — смеюсь я, пытаясь упираться.