Мне не нужны его подачки, свою женщину я обеспечу сам. Но для Аделины это важно.

— Да пошёл ты… — уже не такой сдержанный и интеллигентный. Занервничал.

— Тогда завтра же дело пустят в оборот. Оно, кстати, уже в прокуратуре. Ты по-любому сядешь, и развод все равно состоится.

Глаза мудилы начинают бегать.

— У тебя есть неделя на цивилизованный развод, — продолжаю я. — И ещё. Если ты хоть пальцем тронешь Аделину или Андрея, будешь им угрожать или преследовать, то материалы мгновенно упадут куда надо.

— Ты пожалеешь об этом, — цедит он сквозь зубы.

— Я — нет. А вот ты — да.

Я уже выиграл оху*нный приз в качестве любимой женщины. И при любых раскладах не пожалею.

Тарас кидает на меня еще один презрительный взгляд и разворачивается к своей машине.

Ну не могу же я его просто так отпустить. Слова — это, конечно, хорошо, но руки у меня чешутся давно. И надо закрыть этот гештальт.

— И да, ещё кое-что, — останавливаю его.

Тарас оборачивается.

— Лови, — мой кулак с удовольствием врезается с разворота ему в челюсть. Тарас не успевает среагировать, отшатывается, почти падая, но задерживается за свою машину. Прижимает руку к разбитой скуле.

Да, блядь, почти оргазм. Хотя не совсем, мне хочется еще. Но… это может усложнить нам задачу.

— Теперь всё, — оскаливаюсь я.

Тарас сплёвывает кровь, бросает на меня ненавидящий взгляд, но молча садится в машину и уезжает.

Выдыхаю. Адреналин постепенно отпускает, костяшки пальцев саднит, но внутри разливается удовлетворение. Нет, мне мало, конечно. Но пусть живет, мразь. Только подальше от нас. Выдыхаю.

Набираю Аделину.

— Выходите. Поехали, дед ждет."

"Аделина молчит всю дорогу. Мы с Андрюхой болтаем, а она, будто не с нами. Смотрит в окно, теребит ремешки сумки. Дюху укачивает, и он засыпает.

Беру Аделину за руку, переплетаю наши пальцы, подношу её ладонь к своим губам, целую.

— Ну ты чего, девочка моя? Испугалась?

— Ты не знаешь Тараса… — выдыхает она.

— Поверь, я знаю о нём достаточно. И это знание даст тебе свободу от него.

Кольцо я так и не надел ей на палец. Оно у меня в кармане, и я всё не могу найти подходящий момент, боясь отказа.

— Всё будет хорошо, верь мне, — говорю, и Аделина кивает, сжимая мою руку. — Как так получилось, что ты вышла за него замуж?

Наверное, не стоило задавать этот вопрос. Но он важен для меня. Как такая тонкая и ранимая девочка могла найти что-то привлекательное в этой гниде? Не верится, что он сразу её очаровал…

— Так вышло, — она вырывает свою руку из моей. — Мне было девятнадцать, я проходила практику в фирме Тараса. Он приглашал меня на кофе, обед, дарил цветы. Тогда я не хотела ничего с ним, пыталась отшить… А потом погиб мой отец. Мать ушла в запой, хоронить было некому и не на что. Я пребывала в шоке, растерянности.