Наглею, встаю к ней вплотную, вдыхаю запах волос. Аделина замирает…

— Что ты делаешь? — шепчет она, когда я обвиваю ее талию руками.

— Я просто немного потрогаю тебя и подышу тобой.

Глава 16

Артур

— Артур, — Аделина аккуратно поворачивается в моих руках."

"— Ммм, — растворяюсь в ней, располагая свои руки на кухонной тумбе по обе стороны, заключая девочку в свой плен. Она настолько близко сейчас, как никогда раньше. И я понимаю все ее загоны, но мне рвёт крышу. Ну невозможно соблюдать границы. Это нереально рядом с такой красотой. — Еще, — хриплю я, смотря на ее манящие губы. Я помню их вкус. И эгоистично хочу еще.

— Что «еще»? — шёпотом спрашивает она.

— Скажи еще раз мое имя.

Я просто кончаю от ее голоса.

— Артур, — повторяет.

— Да, — веду носом по ее щеке к виску, зарываюсь лицом в ее волосы, вдыхая сладкий запах шампуня. — Еще, — хрипло постанываю я.

— Артур, прекрати, — мягко упирается ладонями в мою грудь, но не отталкивает.

— А если я не могу прекратить? Это ты виновата, — усмехаюсь ей на ухо.

— В чем виновата?

— Потому что нельзя быть красивой такой.

— Артур, что за алтарь из моих фотографий в твоей спальне? — немного возмущенно спрашивает она.

Увидела. Ну…

— Тебя это пугает? — отрываюсь от ее волос, заглядывая в глаза.

Не пугает. Не вижу там ужаса.

— Ну, это… — пытается подобрать слова.

— Да знаю, что выглядит немного маньячно. Я помешан на тебе, да, — выдыхаю. — Но это все не несёт никакой угрозы. Не бойся меня, — прикасаюсь губами к ее губам.

— Артур, — отворачивается, и мои губы скользят по ее щеке. Не дает мне свои губы, целую в щеки, скулы.

— Расслабься, пожалуйста, тебе же нравится.

— Я так не могу. Суток не прошло, как я ушла от мужа, и уже с другим… Люди скажут… — не договаривает.

— А тебе не плевать на чужое мнение? Это твоя жизнь, и надо делать в ней то, что хочется. Загоняя себя в рамки приличия, мы лишаемся личной свободы. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на соответствие чужим ожиданиям.

— Но…

— Хочешь вина? — перевожу тему.

— Вина?

— Да, — с сожалением отрываюсь от нее. Открываю шкаф с импровизированным баром. Достаю бутылку вина и пару бокалов. Мне нужно, чтобы Аделина немного выдохнула. Совсем чуть-чуть. Слишком много барьеров. Наливаю нам вино, протягиваю один бокал ей. Берет. Уже хорошо. — Идем, — беру девочку за руку и тяну к дивану. Свет не включаю. Нам по-прежнему светит лишь тусклая кухонная подсветка.

Садимся на диван. Двигаюсь к Аделине ближе.

— За тебя, красивая, — чокаюсь об ее бокал.

Она послушно отпивает пару глотков, но все равно напряжена.

— Все будет хорошо. Иногда нужно закрывать одни двери, чтобы открыть другие.

— Это сложно и страшно.

— Со мной нестрашно. Я все решу.

— О нет, — нервно усмехается, отпивая еще вина. — Я должна сама.