Здесь в лицо ее знают только Стас и Руслан. Забудь о ней. Она иногда отдыхает здесь, но в управление не вмешивается. Она скорее спонсор, который приезжает, чтобы отдохнуть. И девочки ее не интересуют. Она любит молоденьких мазиков. У неё здесь свой гарем.

— Ясно. Чем занимается Стас?

— Он «металлический» магнат. У него огромный молибденовый концерн. Аккуратнее с ним. Общаться можешь спокойно и на равных. Он это принимает. В авантюры не ввязываться. Ни разу не слышал за ним таких косяков, но, если что-то случится, войну я не вывезу. В целом, он радушный хозяин, получающий удовольствие от общения с совершенно разными фриковыми персонажами. И никогда не обижает своих гостей.

— Поняла. А Руслан?

— Он… просто кайфует. Пакет акций газпрома.

— Ясно! И ваша дружба основана?…

— На взаимной приязни, интересе и доверии.

— Я всё поняла. Спасибо. А там что? — за темными шторами мелькают резные двери.

— Там Денжены. Можно снять при желании. Вверху есть гостиница. Несколько номеров. В подвале…

— Что в подвале?

— В подвале два зала для публичных сейшенов и мастер-классов.

— Вау…

— И мед. кабинет. Там всегда дежурит врач! — многозначительно смотрит на меня.

— Отличная организация.

— Да. Итак, куда желает моя Госпожа? — приподнимает он бровь.

— Госпожа желает в подвал.

— Госпожа уверена?

— Чего бояться Госпоже, когда рядом с ней такой заботливый Нижний?

— Ну, пойдем…

— А что там сегодня?

— Сегодня там публичная порка.

— Ммм…

Мы спускаемся по кованой лестнице.

— Я должен предупредить, что это обычно очень жестко.

Мы заходим в зал, отделанный под камень. Там человек двадцать и распятая, связанная девушка.

Ее спина и ягодицы словно расписаны малиновым пером. Рядом с ней мужчина с обнаженным торсом.

— …инструмент должен соответствовать типу кожи, — ведет он пальцем по вздувшейся коже. — Она не должна лопаться. Иначе Нижняя будет изуродована. Удары такого типа при должном уходе заживут полностью недели через две у молодой девочки и три-четыре у зрелой.

Я вижу как трясет эту распятую лицом вниз на деревянной красивой лавке девочку.

— Она здесь добровольно? — смотрю на беспристрастное лило Олега.

— Конечно. БДР. Безопасность, добровольность, разумность. Это закон.

— В чем ее кайф?

— Служить свою Верхнему и… Ты же умеешь чувствовать, Женя. Почувствуй.

Пока ее Верхний объясняет какие-то физиологические частности, я делаю шаг к ней ближе и присаживаюсь рядом с ее лицом. Внимательно смотрю, открываясь максимально.

Ее красивые карие глаза медленно невидяще моргают.

Я чувствую, как меня заполняет чем-то тягучим… и голова кружится. Я не чувствую боли, обиды… Я чувствую опьянение и… какой-то экстаз!

Веду пальцем по ее скуле.

Её Верхний замолкает, напрягаясь. Поднимаю на него взгляд.

— Не надо ее так трогать.