А теперь Крис потянула за еще какие-то ниточки. И передо мной совсем другая его ипостась.

Он, и не совсем он. И горячо и холодно. Так холодно, что очень горячо! Мой Зверь. Но не совсем мой. Контролирующий эмоции, слегка циничный…

Как вкусно… мне кажется, я сейчас закапаю всё слюной здесь!!

Хочу еще его такого!

От его оценивающих взглядов мои глаза закрываются.

— На колени, — шепчет мне Крис.

И я послушно сажусь в позу, прямо на кровати, в паре метров перед ним. Его лицо застывает.

Между моих бедер требовательно пульсирует, вибрирует. Я пытаюсь сжаться от невыносимости этих ощущений.

— Хочешь его Топ, детка? — обнимая сзади, Крис сжимает мою ноющую от возбуждения грудь.

С агрессивным оскалом он раздраженно дергается в кресле. И меня сносит этой его эмоциональной подачей, накрывая оглушающим коротким микрооргазмом.

Вскрикиваю, на секунду пытаясь свести бедра.

— Хочешь?.. Его такого…

Это риторический вопрос?

Как можно его не хотеть?!

Неровно дыша положительно качаю головой, не отводя своих глаз от его неморгающих.

Хочу… хочу! Ну конечно, хочу!! Сползти кошечкой к его ногам и ласкаться об эти руки, сжимающие подлокотники кресла. И чтобы вот также по-хозяйски цинично он смотрел на меня. И делал все, что ему взбредет в голову, игнорирую даже, что я иногда и правда «пищу», когда он становиться немного жестче.

Захлопывая глаза, он позволяет себе откровенно отдышаться и когда открывает там уже почти нет ничего из нового! Это снова мой понятный мне Олег — мягкий, спокойный, но злой!

— Литинская… — отрицательно качает он головой.

— Почему?

— Она маленькая.

— А ты ласково!

— А я не умею Сверху «ласково»!

Она с вызовом смеется.

— Давай, Аронов! Малышка хочет вниз… Ты вверх… Не тормози, уТОПим ее!!

Достав сигареты, он щелкает зажигалкой и прикуривает:

— НЕТ.

Крис снова смеется. Возбужденно, хрипло.

— Посмотрим…"

"Я не въезжаю полностью в их диалог. Я кайфую от того, как сигарета касается его губ, как идеально она лежит в его пальцах. И даже дым, который выпускает он изо рта идеальный.

Крис стягивает с меня мою пышную юбочку, освобождает грудь от корсета. Все мое тело под одеждой каллиграфично расписано черными надписями и украшено блеском и золотыми вязями, оттеняющими черные надписи. На гладком лобке мерцающие языки пламени.

Глаза Аронова увеличиваются. И его опять сносит туда, откуда он с таким трудом вынырнул. Он шипит от возбуждения, оскаливаясь на меня.

Наматывая волосы на руку, Крис вынуждает развернуться меня спиной к нему.

— Разведи бедра…

Могу я ослушаться этого властного тона? Не знаю. Я не хочу… и я развожу, тихо постанывая.

— Почитаем эту книгу, Мастер? — мурлыкает Крис ему. -

И от того, как вкрадчиво и значительно она произносит это «Мастер».