— Убейтесь об стену, милые дамы — я иду «завтракать»!

Накинув дубленку, я отправляюсь на свою очередную казнь. Быть может, последнюю.

Практически везде, где я училась или отдыхала, будь то одна из моих многочисленных школ, лагерь или санаторий, я была рано или поздно отчислена. Тогда это было игрой, теперь хотелось бы минуть эту чашу. Поэтому тоже что-нибудь сыграем. Быть может туш, а может марш. Что-нибудь помпезненькое!

Морозный свежий воздух бьет в лицо. Надеваю капюшон, аккуратно вышагивая по подмороженной утренним холодом земле. От общаги до главного корпуса идти через рощу.

Дорога корявая! Но если я пойду по окружной асфальтированной дороге, то однозначно опоздаю. А мне хочется, чтобы если уж и отчислят, то чтобы сделали это в моем присутствии.

— Туманова… Ты бы лучше босиком, — усмехается, нагоняя меня, бородатый Стэф. — Я бы лично оценил. Но не сомневаюсь, что женский коллектив твой прикид приведет в полный восторг!

Он приглашен на собрание кафедры по моему отчислению.

— Привет, Стеф Иванович! Для них и стараюсь, — усмехаюсь я в ответ, подхватывая его под подставленный мне локоть.

— Убьёшься еще… — комментирует он свой жест.

 — А мне потом отвечай.

Ёжась от холода недовольно бурчит:

— Вот оно мне надо: в субботу с утра пилить по такому холоду в такую даль?

— Надо-надо, Стеф Иванович! — убеждающее киваю я. — Я всё отработаю!

— Ну, давай… соблазняй меня, Туманова… — лениво.

— Межвузовская олимпиада по истории, — вздыхаю я, — так и быть, поеду! — хмыкает и морщится, намекая на продолжение. — Плюс три сценария для исторических игр к сессии…

Торгуюсь я с ним.

Задумчиво кивает, но снова морщится, явно желая чего-то определенного.

— Ну, чего!? Говорите уже!

— Я уезжаю на следующей неделе… Отработаешь еще мои лекции.

Восемь часов.

— ЧТО?!

В самый раз перед сессией!

— Да не паникуй. Там всего-то две темы, просто несколько групп. Можешь толкнуть им свою тему с Суворовым…* Даже готовиться не придется.

— Резуном… * — поправляю я на автомате. — Добрый Вы дяденька! А главное — бескорыстный!

— А то… — тормозит на крыльце нашего пункта назначения. — По рукам?

— Ладно! — пожимаю его крепкую прохладную руку.

Как будто у меня есть другой выход.

Конференц-зал при деканате стал за эту пару месяцев для меня почти родным.

Я тут уже, наверное, раз пятый. Словно специально для меня, на торце длинного стола, где расположились мои обвинители и защитники, оставлено место. Я, стараясь сдержать улыбку, эротично на него приземляюсь, в порыве неадекватного стёба даже пару секунд допускаю мысль, что можно отжечь как Шерон Стоун в «Основном инстинкте». Но вспомнив, что-таки надела нижнее белье, решаю приберечь эту дурку на будущее.

Всматриваясь в серьезные лица публики, я закатываю терпеливо глаза.