Президент подошел так близко, что Родион услышал его дыхание, и скрестил оружие над его головой.

— Ты посвящен в члены клуба интеллектуалов «Великий сыщик», — торжественно объявил президент. — Твой статус — ученик. Ты имеешь право посещать открытые заседания клуба. Все остальное зависит от тебя.

Родион с облегчением вздохнул и поднялся, отряхивая колено. Начало ему понравилось, все выглядело торжественно и таинственно. Интересно, что будет дальше?

Он огляделся по сторонам. Безмолвно наблюдавшие за церемонией посвящения люди, человек двадцать, еще минуту назад обступавшие их плотным кольцом, разошлись по огромному залу.

Перед этим каждый из них подошел к Марьянову и молча пожал ему руку. Теперь они стояли группками, курили трубки или сигары и тихо переговаривались между собой. Некоторые уселись в глубокие мягкие кресла, имевшиеся здесь во множестве, и о чем-то сосредоточенно думали. Официанты бесшумно скользили по залу с подносами, на которых стояли рюмки и бокалы.

Неожиданно за спиной Родиона раздался знакомый теплый бас:

— Вы пока осмотритесь тут. Можете покурить, пообщаться с другими членами клуба.

Только с вопросами повремените — скоро сами поймете, что к чему.

Марьянов обернулся — президент уже где-то оставил все свои черные аксессуары и оказался одет в обычный летний костюм. Лицо у него было выразительное, мужественное и довольно приятное.

— Спасибо, — вежливо поблагодарил Марьянов. На самом деле у него была куча вопросов. Но он решил последовать совету и пока не задавать их. Задал лишь один: — Как вас зовут? Меня-то вы знаете…

— Анатолий Сергеевич, — представился президент клуба. — Юрист по профессии.

Мой конек в детективах — феномен запертой комнаты. Если вы всерьез решили сделать своим хобби конструирование виртуальных преступлений, то придется выбрать специализацию. Мир детектива огромен и многообразен, всего не осилить даже гению.

Марьянов вежливо поблагодарил и отправился на разведку — осматривать клуб. Кроме того, он хотел найти Суконцева, чтобы обменяться впечатлениями. Но тот сам подбежал к нему, поздравил, однако тут же и ретировался — помчался встречать дочку в аэропорт.

«Все-таки очень интересно узнать, — размышлял Родион, неторопливо прогуливаясь по залу и рассматривая висящие на стенах гравюры с изображением охотничьих сцен, — во что же это я ввязался? Хотел отвлечься от проблем, разрядиться, переключиться на что-нибудь позитивное — и, кажется, переключился по полной программе».

В последнее время из-за соловьевской истории с подслушанным разговором Родион пребывал в скверном настроении. Хотя прошло уже почти две недели, ничего подозрительного или необычного вокруг себя он не замечал.