Потом обернулся, тяжело вздохнул и сказал: — Я слышал финальную часть вашего разговора с моей женой. Поэтому приношу вам свои официальные извинения. Она в принципе неплохой человек, только избалованный. У них так в семье было принято, хотя это, конечно, не оправдание для взрослого человека. Кроме того, она ревнива и плохо реагирует на красивых женщин из моего окружения.

Карина в который уже раз вспыхнула. Это прямо стало доброй традицией — краснеть в присутствии Марьянова. Впрочем, он ведь сделал ей комплимент. Ну, может, слегка завуалированный, но все-таки…

Родион между тем продолжал:

— В общем, мы сейчас с ней договорились, что в офис она приходить не станет.

Поэтому успокойтесь, хорошо?

— Я совершенно спокойна, — дребезжащим голосом заверила его Карина.

— У вас нос красный.

— Думаете, я плакала?!

— Не знаю. Может, и не плакали. Может, нос у вас краснеет от перемены погоды, я же не приглядывался."

"Карина фыркнула и пожала плечами. Марьянов расценил это как знак примирения, кивнул головой и скрылся в кабинете.

Вечер тихо угасал, город одевался в серое. Выходящие из офисного здания служащие жадно глотали теплый воздух.

Все знали, что пропитан этот воздух черт знает чем, но все равно он казался слаще, чем воздух из кондиционеров. В летнюю жару все живое обретало новую цену, и даже окостеневшие липы, впаянные в тротуар, вызывали чувство умиления.

Карина тоже сделала глубокий вдох и огляделась по сторонам. На ближайшем рекламном щите были нарисованы толстощекие дети, лопающие сладости. Ее желудок тонко заныл, как комар, залетевший в банку. Не в силах сладить с собственным аппетитом, она зашла в ближайшую кофейню и купила несколько эклеров и корзиночек с кремом, которые здесь изумительно готовили.

Пилюлю, которую ей пришлось сегодня проглотить в конце рабочего дня, надо было подсластить. Как любила повторять ее двоюродная сестра, питавшаяся чистыми углеводами и помещавшаяся исключительно в джипы: «Если бриллианты — лучшие друзья девушек определенного склада, то у порядочных девушек лучшие друзья — пирожные и конфеты. А лучших друзей никогда не предают».

Дома Карина принялась уничтожать пирожные, тесно лежавшие в коробке на тонкой белой бумаге. Она запивала их чаем и продолжала вновь и вновь прокручивать в голове сегодняшние события.

Очень похоже, у Марьянова в семье нелады. Может быть, Нона застукала его с любовницей и теперь бесится? Что ж, его можно понять — имея такую жену, тяжело удержаться от необдуманных поступков. Так, может быть, в этом и кроется причина его странного поведения в последнее время? Эти постоянные увертки, какое-то детское вранье…

«А вдруг Нона все же не оставит мужа в покое и будет настаивать на том, чтобы он меня уволил? Она вполне может оказаться жутко злопамятной.