Эвакуация морем вражеских войск тоже была сорвана – авиация нанесла удар по судам в акватории порта. Бои шли, как в Сталинграде, за каждый дом, за каждый квартал.

Все закончилось утром 10 апреля. Город был полностью освобожден. Красное знамя заалело на спасенном Оперном театре…

Изучать архивные документы, доносы, докладные, рапорты, оперативные сводки было неблагодарным делом. Волосы шевелились. В ночь на 10 апреля, за несколько часов до бегства, на улице Островидова гитлеровцы согнали в подвал несколько десятков мирных жителей и сожгли их заживо – без всяких объяснений и предпосылок.

Евреев, начиная с 41 года, свозили в Прохоровский сквер, откуда начиналась скорбная дорога в село Богдановку и далее – по концлагерям. На задворках Прохоровского сквера вскрылось захоронение – не меньше сотни скелетов. Немцы расстреливали детей и немощных стариков, неспособных работать… В трущобной Бугаевке засел отряд карателей, сформированный из граждан Советского Союза. Костяк банды составляла «инициативная группа бывших офицеров и нижних чинов Российской императорской армии». Фактически зверье, ненавидящее коммунистов и евреев. Терять им было нечего, из города вырваться не удалось. Рассчитывать на милость советской власти не приходилось. Они упорно отбивались из всех видов имеющегося вооружения, поставили пулеметы вдоль улицы, расстреливали в упор наступающих красноармейцев. Несколько раз пытались вырваться из западни, но их загоняли обратно. Пришлось подтащить минометную батарею и ударить из всех стволов. Полтора часа продолжался обстрел, пока не замолчал последний «шмайссер». Десять зданий превратились в руины (трущобный район, невелика ценность), но банду уничтожили полностью, не оставив от нее никаких воспоминаний…

Полковник абвера Вернер Хост был в некотором роде старым знакомым Лаврова. Взаимных теплых чувств они не испытывали, но признавали достоинства друг друга. Вернер Хост возглавлял абвершколу в Западной Галиции в городке Мегреб – «кузницу кадров» с 1939 года, готовящую диверсантов для заброски в советский тыл."

"К делу полковник подходил творчески, с фантазией, тщательно планировал операции, большое внимание уделял человеческой психологии.

Хост не являлся поклонником Адольфа Гитлера, но ложного патриотизма не был лишен и воинский долг в своем понимании выполнял. С творениями этого «Франкенштейна» судьба столкнула майора и под Орлом, и в Брянске со Смоленском, и на Северном Кавказе. В Керчи группа, возглавляемая Лавровым, попала в засаду – мотоциклисты в красноармейской форме были весьма убедительны. Удача помогла и на этот раз, но погибло много людей.