И снова тупые ножи ревности впились в сердце.

Мерз смотрел на меня, как дикий зверь. Кажется, еще миг — и вцепится мертвой хваткой. Прямо в горло.

— Это может быть опасно, — глухо, зло, едва сдерживая ярость.

Это что такое было? Попытка защитить? Если так, то неубедительно. Я только разозлилась. Перехватила покрепче ключи, отпихнула от себя лапы Волшина и под довольное улюлюканье зрителей пошла к его машине. Я об этом пожалею. Точно пожалею. Обернувшись возле двери, вижу, как Захар с досадой стискивает зубы и сжимает кулаки, так что белеют костяшки. Он не любит проигрывать.

Как и я.

***

Рывком распахнув дверь, забралась на переднее сиденье. В салоне пахло мужским терпким парфюмом с табачными нотками. И кожей. Амулет в форме причудливо переплетенных звезд висел на переднем зеркале, на приборной панели сверкала голографическая наклейка голозадой телки.

— Любуешься? — Марк плюхнулся на соседнее сиденье.

— Как пошло, — кивком указала на наклейку.

— А мне нравится. Напоминает о прекрасном.

У нас с ним разные понятия о том, что такое прекрасно.

— На хера ты это сделал? — пристально посмотрела на парня, пытаясь понять, что за черти живут у него в голове.

— Это весело.

— Весело?

— Да. Захар из-за тебя бесится, — лениво отозвался Волшин, — Ирка кипятком ссыт, когда ты появляешься в поле зрения. Никак из-за того спора не угомониться. Если ты ее сейчас уделаешь, это будет бомба.

— С чего ты вообще взял, что я могу ее уделать?

— С того, — невозмутимо плечами пожал, — вперед, Оса. Не разочаруй. Я на тебя кучу бабок поставил. Слушай внимательно, что я тебе говорю, и все будет пучком.

— Непременно. Только твоих советов мне не хватало, — фыркнула сердито, — лучше пристегнись.

— Ха, — демонстративно ремень в сторону сдвинул.

— Как знаешь, — повернула ключ зажигания и прислушалась к рычанию мотора.

Красиво.

— Давай на старт, — он махнул в сторону стартовой линии.

Машина дернулась и чуть не заглохла, когда я тронула ее с места. Марк недовольно нахмурился, а я в ответ сладко улыбнулась. Соперники выстроились в одну линию. Мы вторые, слева от нас зеленый ниccaн.

Я не оборачивалась из принципа, хотя чувствовала, что Мерз смотрит на меня в упор. Прожигает бешеным взглядом. Я кожей ощущала его ярость, способную спалить все вокруг.

Перед мысленным взором то, как он целует Ирку, глубоко, откровенно, видно, как их языки сплетаются в эротическом танце, и сердце тут же снова заходится, давится ревностью и болью. Я хочу отыграться. Плевать на все.

— Готова? — кричит Марк, когда вперед выходит полуголая девка с красными флажками.

Киваю. Слова не нужны. Это лишнее.

— На счет три. Раз… два… три! — доносится голос распорядителя.

— Гони, Оса! Гони!

Я плавно вдавливаю педаль газа в пол, и в тот же миг все остальное отходит на задний план.