— Подружимся? В самом деле? — пренебрежительно протянула она, давая понять, что придерживается иного мнения.

Викки отвернулась от Харланда, но краем глаза продолжала наблюдать за его реакцией.

На хмуром лице слегка приподнялась левая бровь и сверкнуло расплавленное серебро глаз, затененных густыми ресницами. Больше он ничем не выдал охватившего его негодования. Детская, по своей сути, выходка слегка успокоила Викки, и она вспомнила, что собиралась приручить незаменимого помощника отца, а вовсе не ссориться с ним. Он был ей нужен — значит, стоило слегка притвориться.

Из дипломатических соображений Викки улыбнулась насупившемуся финансово-промышленному гению так лучезарно, как только могла.

— Я наслышана о вас, мистер Харланд. И не смотрите на меня столь сурово, будто опасаетесь необдуманных поступков с моей стороны. Я не собираюсь ничего предпринимать, пока не разберусь во всем. Надеюсь, вы мне поможете? И я хотела бы называть вас по имени, если не возражаете.

Джентльмен не мог отказать даме, которая так вежливо просила о помощи. Только поэтому Харланд молча кивнул и сел за стол напротив Викки, скрестив руки на груди. Филип радостно потер ладони при виде первого признака взаимопонимания между племянницей и Стивеном, которого считал краеугольным камнем благополучия всей семьи. Викки вопросительно взглянула на дядю, и тот продолжил представлять ей сидящих за столом.

— Это — Жаклин, моя дочь от первого брака."

"В голосе дяди, помимо вполне понятной отцовской гордости, прозвучало смутное опасение. Молодая женщина лет двадцати трех, сидящая рядом с Харландом, была экзотически красива. Ее заметный бюст облегала тонкая блузка, в глубоком треугольном вырезе которой виднелась заманчивая для мужского взгляда ложбинка. Пышно взбитые черные волосы каскадом спускались по плечам и спине. Тщательно подрисованные большие зеленые глаза невольно напоминали о диких джунглях, черных пантерах и ядовитых змеях, которых всякому здравомыслящему существу следует остерегаться.

Викки с некоторой опаской подумала, что от коварно прищурившейся Жаклин можно ожидать чего угодно. На такую мысль невольно наводили твердо сжатые губы и заостренные, ярко накрашенные ногти невероятной длины. И еще Викки совершенно не понравилось, что кузина положила руку на спинку стула Стивена Харланда. Причем кончиками пальцев она легонько водила по его плечу. Мужчина на эти заигрывания никак не реагировал, но Жаклин все равно довольно улыбалась.

Итак, знакомство состоялось. Вместе с Викки за столом сидели шесть человек. Четверо из них были ее родственниками, а один, кажется, собирался им стать. С минуту все молчали, не зная, с чего начать разговор. А Филип совершенно выдохся. Тогда Викки решила перехватить у него инициативу.