Непонятно откуда у них эта информация, но тот хрен в чёрном всю дорогу склонял меня в этом направлении.

И почему-то мне кажется, что класть они хотели большой и толстый болт на мои преступления. Световые патроны — вот что их интересует. Попахивает шкурным интересом и нарушением процессуальных процедур. А если они реально беспредельщики, то придётся взять их хитростью, а не упорством.

Лох не мамонт…

— Я вас внимательно слушаю, — натягиваю маску заинтересованности.

— Мы выдадим всё необходимое для производства оружия, а вы взамен создадите столько, сколько потребуется.

— Звучит интересно. И сколько же потребуется, позвольте узнать?

— Зависит от ваших возможностей.

— Так как я недавно совершил прорыв, то не думаю, что смогу создать больше пятнадцати, — вру, ибо проверить они не смогут, а запас маны со временем сильно увеличится.

Пусть в первые дни я и буду отдавать им почти всё, что смогу произвести, но потом уйду в большой плюс.

— Что ж, — агент гладит подбородок. — Двести десять за первую неделю… звучит неплохо.

— Сколько?! — возмущаюсь я. — Сказал же, пятнадцать в день!

— Всё верно, — он кивает. — Это после одной медитации. А после двух тридцать.

— Мне не нравится, к чему вы клоните… Хотите сказать, что я весь день буду тратить на создание стволов?

— А как вы хотели? — удивляется агент. — Империи нужен ваш талант. И мы намерены выжать из него все соки. Вы будете жить в специальном учреждении и производить оружие. До конца ваших дней. А мы постараемся сделать так, чтобы ваша жизнь не заканчивалась ещё очень долго.

— А пососать вам не завернуть? — спокойным тоном отвечаю я. — Что я там совершил? Торговля без лицензии и самооборона? Встретимся в суде.

— В суде? — переспрашивает агент. — А кто сказал, что вас будут судить? Для всех остальных вы погибли. Церемония прощания прошла ещё позавчера.

— Чего, бл*дь?! — ору я. — Вы совсем ох*рели?!

— Ваша сестра уже вступила в наследство. Не переживайте, с городом всё будет в порядке.

Несколько секунд смотрю в то место, где должны быть глаза у этого гондона, а затем срываюсь с места и несусь на него с кулаками. Не успеваю преодолеть половину пути, как меня сваливает с ног сильная боль. Грёбанный браслет бьёт меня током…

Я валяюсь на полу и корчусь от боли. Агент, будто ничего не происходит, встаёт и убирает стул обратно в стену. Затем идёт к двери и добавляет:

— Двести десять автоматов. Скажите, как будете готовы.

— Каких ещё автоматов?! — ток больше не поступает, но меня до сих пор трясёт.

— Ах да, вам же не сказали… Сергей Викторович, известный вам как Фёдор Нефёдов, выжил и сейчас проходит лечение.