Самое смешное - через пару лет после развода мой бизнес резко пошел вверх. Доход тоже.

Но на момент развода этого не было. Пошли суды. Война за алименты. Жена требовала фиксированную сумму, процент ее не устраивал. Не давала видеться с ребёнком. Прятала его от меня.

Она была готова на всё.

Сын до сих пор уверен, что я бросил их тогда и по своей воле к нему не приезжал. Так говорила мать. А до развода у нас были очень теплые отношения с Елисеем.

- Увести у сына девушку - это совсем дно, - сын криво улыбается, - тебе не кажется, Гордей Дмитриевич? Зачем тебе это?

Когда мы подолгу не виделись с сыном, он звал меня по имени-отчеству. А сейчас делает так в моменты ссор.

- Идём по кругу? Она не твоя девушка.

- Тебе. Это. Зачем?!

Елисей имитирует суровый тон, но срывается на визг. Он слишком пьян.

- Затем, чтобы вы не сломали ей жизнь, - выдыхаю, понимая бесполезность разговора.

Он не поймет сейчас. Да и в любой другой момент.

Наверное, пятнадцать лет назад мне надо было прессануть Тамару. Не гнушаясь методами. Забрать его. Но я решил, что без матери ребёнку будет тяжело.

А может, это было бы лучшим выходом?

- Защитник обиженных?! - сын истерично смеется.

- Иди спать.

Мы отошли вглубь территории, к деревьям. Маше нас не слышно, но какие-то прохожие могут быть. Не хотелось бы сплетен.

Да и сказать друг другу больше нечего.

Елисей фыркает.

- Спокойной ночи, папа. Только глаз с молодой жены не спускай. Я рядом.

- Прокапать бы тебя.

Мой тесть был алкоголиком. Потому Тамарка и побежала замуж в двадцать лет. Четвертый ребёнок в семье, ее мать уже на тот момент превратилась в тень, отец в ничтожество.

От нынешних друзей она тщательно скрывает свое прошлое. Но гены.…

Сама Тома не пьет. Бокал шампанского раз в полгода. А вот наш сын....

- Вы всё ещё увидите!

- Иди.

4

Поворачиваюсь и ухожу сначала сам. К Маше. А ведь хотел пойти и попросить одиночный номер в корпусе. Якобы для запоздавшего гостя.

Но сейчас правда лучше не спускать с нее глаз.

Сижу некоторое время на террасе у домика. Пусть спокойно примет душ и переоденется.

Не стал врать, что не хочу ее. Но сказать, что я ее хочу, это не сказать ничего. Наваждение. Легкая близость с ней так торкает, что скоро лопнет или сердце, или член.

Объятие, поцелуй…. Дали эмоций больше, чем годы здорового секса.

Что дальше?

*****

Маша

Я закрылась за Гордеем, и мне стало спокойнее. И не только из-за замка. Отчего-то внутри поселилась уверенность - он не даст меня в обиду.

С чего такие мысли?... Потому что он заключил брак? Наивность…

Мама не звонила. Наверно, пытается переварить этот ужин. Или не хочет мешать? Ведь Бронников правильно подметил, с ним я ещё лучше пристроена. А этого она и добивалась.

Иду в душ, там тоже запираюсь. Здесь ремонт под дерево, но сантехника вся современная.