Несмотря на то что Бенедикт, по его словам, редко бывал в этом доме, на столиках стояло множество личных вещей: миниатюры молодых людей - должно быть, братьев и сестер, книги в кожаных переплетах и даже маленькая стеклянная вазочка, наполненная… неужели камнями?

– Странно, - пробормотала Софи и, понимая, что ведет себя невежливо, тем не менее направилась к столу, чтобы получше ее рассмотреть.

– Каждый из камней мне по-своему дорог, - послышался у нее за спиной тихий голос. - Я их собирал с самого детства.

Софи вспыхнула от смущения, словно он застал ее за каким-то постыдным занятием, однако, не в силах сдержать любопытства, взяла один камень. Он оказался бледно-розового цвета с серыми прожилками внутри, которые шли из самой середины.

– Где вы нашли вот этот?

– На прогулке, - тихо ответил Бенедикт. - Это случилось в тот день, когда умер мой отец.

– Ой! - Софи выронила камень, словно тот обжег ей руку. - Мне очень жаль.

– С тех пор прошло уже много лет.

– Все равно мне ужасно жаль.

Бенедикт печально улыбнулся:

– Мне тоже. - И снова закашлялся так сильно, что вынужден был прислониться к стене.

– Вам необходимо согреться, - поспешно проговорила Софи. - Давайте я разожгу камин.

Бенедикт бросил на кровать ворох одежды.

– Это для вас, - просто сказал он.

– Спасибо, - поблагодарила Софи, не сводя взгляда с маленького камина."

"Ей было страшно оставаться с ним в одной комнате. И не потому, что она боялась, что он станет с ней заигрывать: такой джентльмен, как Бенедикт, не будет приставать к женщине, с которой едва знаком. Опасность крылась в ней самой. Она боялась, что, пробыв в его обществе слишком много времени, она влюбится в него без памяти и сердце ее будет разбито.

В течение нескольких минут Софи хлопотала у камина, пока не убедилась, что огонь хорошо разгорелся.

– Ну вот, - удовлетворенно произнесла она, потом встала, потянулась и обернулась. - Нужно только… О Господи! Лицо Бенедикта было пепельно-серым.

– Что с вами? - спросила она, бросаясь к нему.

– Что-то неважно себя чувствую, - невнятно проговорил он, всем телом опершись о прикроватный столбик. Он был похож на пьяного, однако Софи провела в его обществе уже по меньшей мере два часа и знала, что он совершенно трезв.

– Вам нужно лечь в постель, - сказала она и пошатнулась, когда он вместо прикроватного столбика облокотился о нее.

– С вами? - усмехнулся Бенедикт.

– По-моему, у вас жар, - заявила Софи, отшатнувшись от него.

Бенедикт протянул руку ко лбу, но промахнулся и стукнул рукой по носу.

– Ой! - вскрикнул он.

Софи поморщилась, словно он стукнул не себя, а ее.

Наконец рука Бенедикта добралась до лба.

– Гм-м… Может быть, и в самом деле немного поднялась температура.