- Там вам будет гораздо приятнее, чем здесь. Уверяю вас, что по крайней мере в нашем доме над вами никто не надругается. Так каков будет ваш ответ?

Софи обвела троих мужчин, собиравшихся изнасиловать ее, лихорадочным взглядом. Выбора у нее не было. Бенедикт Бриджертон предлагал ей единственно возможный путь покинуть дом Кавендеров. И в то же время она понимала, что не сможет работать у его матери. Находиться так близко от Бенедикта и быть всего лишь горничной… нет, такого ей не вынести. Но она потом придумает, как этого избежать, а сейчас нужно избавиться от Филиппа."

"Она повернулась к Бенедикту и кивнула, все еще опасаясь говорить. У нее было такое чувство, будто внутри все сжалось то ли от страха, то ли от облегчения.

– Хорошо, - сказал он. - Ну что, идем?

Софи выразительно взглянула на руку, По-прежнему обнимавшую ее за талию.

– О, ради Бога, отпустите ее - или я прострелю вам руку! - прикрикнул Бенедикт.

Оружия у Бенедикта не было, однако тон его заставил подвыпившего молодого человека немедленно отпустить Софи.

– Вот и отлично, - проговорил Бенедикт и протянул девушке руку. Та положила на нее свою. Пальцы ее дрожали.

– Вы не можете так просто взять и увести ее! - завопил Филипп.

Бенедикт презрительно взглянул на него.

– Я уже это сделал.

– Вы об этом пожалеете!

– Сомневаюсь. А теперь прочь с глаз моих! Фыркнув, Филипп повернулся к дружкам и бросил:

– Пошли отсюда! - После чего заявил Бенедикту:

– Больше на приглашение на мою вечеринку не рассчитывайте.

– Не беспокойтесь, плакать не буду, - насмешливо ответил Бенедикт.

Филипп еще раз яростно фыркнул и направился вместе с приятелями к дому.

Проводив их взглядом, Софи медленно повернулась к Бенедикту. Когда Филипп схватил ее и подозвал своих мерзких друзей, она поняла, что ее ждет, и ей захотелось умереть. Но внезапно перед ней возник Бенедикт Бриджертон, герой ее сновидений, и она решила, что уже умерла. Ведь где еще она могла с ним встретиться, если не на небесах?

Она была настолько потрясена, что даже забыла про пьяного дружка Филиппа, прижавшего ее к себе и щупавшего самым бесцеремонным образом. На какую-то долю секунды весь мир, казалось, исчез, остался лишь Бенедикт Бриджертон.

Это был волшебный, сладостный миг!

Но внезапно неприглядная действительность обрушилась на Софи с новой силой, и как громом поразила мысль: что он здесь делает, на этой мерзкой вечеринке, среди пьяниц и продажных девиц? Когда она встретила его два года назад, он не показался ей человеком, любящим подобные мероприятия. Но она провела с ним рядом всего несколько часов. Может быть, она ошиблась в нем? Софи закрыла глаза от отчаяния. За прошедшие два года память о Бенедикте Бриджертоне была лучом света в ее жалкой, безотрадной жизни.