Бесконечного, отчаянного желания вспомнить, каково это – быть любимым. Но еще сильнее хотелось забыть, что чувствуешь, когда тебя отвергают. Мне пришлось заполнять пустую оболочку таблетками, дурью… Всем подряд. Постоянно, пока я бодрствовал. И уже не осталось ни работы, за которую можно цепляться, ни расписания, чтобы его придерживаться. Потому что эта потребность не признавала чужих законов, она стала вечной.

И лишь мужчина, ждущий меня в машине, мог помочь и дальше ее обеспечивать. Да и какая разница, что придется торговать собой? Ведь родители меня таким и считали. Как и Джоуи. Может, если я стану продавать себя достаточно часто, я и сам начну так думать. Возможно, даже к этому привыкну. Я уже осквернил свое тело. Так почему бы не позволить другим попользоваться?

Я создан для этого. Все просто.

Я отпустил столб.

ГЛАВА 1

Макс– Я отпустил столб.

Я прогнал воспоминания и вернулся в настоящее, в зал местного колледжа в центре Сиэтла, штат Вашингтон. Не на тот угол в Сан-Франциско. Не в пропахшую дымом машину. Не в тело, сохранившее, когда мы закончили, запах того мужчины. Я снова стал собой и не собирался это менять.

За мной наблюдали примерно двадцать человек. Некоторые кивали.

– Я достиг самого дна, – проговорил я, наклоняясь к микрофону на трибуне. – Или был к этому близок. Лишь благодаря огромным усилиям и помощи совершенно незнакомого человека я смог выбраться и понять, чего же на самом деле стою.

Я взглянул на лица людей, что сидели передо мной, ожидая, пока я продолжу.

И дойду до счастливого финала. Но говорить было не о чем, да и хватит на сегодня. Рассказывая свою историю, я будто бы вновь вернулся на тот темный угол, а это далось нелегко. Я больше просто не мог об этом говорить.

– Не хотелось бы занимать все время. Закончу в следующий раз.

Раздались редкие аплодисменты, потом на сцену вновь поднялась Диана, координатор группы Анонимных наркоманов.

– Спасибо, Макс, что честно рассказал о себе, поделился очень личным. Добро пожаловать к нам. Мы рады, что ты здесь. – Она обратилась ко всей группе. – Пока не переехал сюда, Макс был наставником в Сан-Франциско. Когда это случилось? Несколько недель назад? Как же здорово, что он готов заниматься с кем-нибудь и здесь. Если вам интересно, дайте знать мне или Максу.

Снова редкие аплодисменты и несколько усталых кивков. Я распознал утомление в собравшихся здесь людях. То самое, что возникает в результате борьбы и проникает глубоко внутрь. Зависимость выматывает так, что ощущаешь себя кроликом, зажатым в собачьей пасти, иногда отступает, но окончательно не исчезает никогда.

Направившись к своему месту в первом ряду, я заметил сидевшего сзади парня. Он неуклюже ссутулился на стуле, вытянув вперед обтянутые джинсами ноги.