– Скажите, зная про болезнь, вы поздороваетесь сейчас со мной за руку?

– Конечно, – удивилась я, – каждому ребенку известно, что СПИД передается через кровь и сперму. По поводу слюны медики спорят. Одни говорят да, другие нет. Кстати, та же проблема с грудным молоком. В постель с вами я не лягу, а здороваться – сколько угодно!

Лера посмотрела на мою протянутую ладонь и спросила:

– Теперь подумайте. Вдруг у вас на пальцах сорван заусенец, а у меня царапина или ссадина?

Я невольно отдернула руку. Собеседница печально засмеялась:

– Да меня моментально, если узнают, выгонят с работы, и Андрей уйдет.

– Не имеют права уволить!

– Ладно вам, будто не знаете, как подобное делается, придерутся к ерунде – и привет. На службу нужно приходить к десяти, скажут, опоздала три раза – и все, трудовую дисциплину никто не отменял. А Андрей…

Она махнула рукой.

– Отдайте дневник, Никита хотел за него десять тысяч, это, думаю, хорошая цена.

– Что же ваш приятель такой мерзавец оказался?

– Я никогда не дружила с Китом, впрочем, Андрей тоже, их только дела связывали. Никита жутко, патологически жадный, вам даже трудно представить, какой.

У них в ванной всегда лежало мыло, из обмылков слепленное, представляете?

– Как это?

– Ну, когда мыло заканчивается и остается крохотный кусочек, такой, что и в руки не взять, что вы с ним делаете?

– Выбрасываю, естественно.

– А Никита брал новый кусок и примыливал к нему обмылок, чтобы ничего не пропало. Пустой тюбик зубной пасты он разрезал и выскребал остатки, ужинать старался в гостях и пилил Жанну за рваные колготы. Это он ее все время под мужиков подкладывал. Жанночке не хотелось, а Кит настаивал, пару раз даже колотил ее, сволочь он.

Нашел после Жанкиной смерти дневник и решил подзаработать!

– Малышева давно вела записи?

– Я вообще не знала, – сердито заявила Лера, – она скрытная, все даже мне не рассказывала!

– Может, никакого дневника нет?

Валерия молча повертела нож, потом ответила:

– Есть, откуда бы Никита узнал про мою болячку, и потом, вы его тоже читали, не притворяйтесь.

Я залпом выпила стакан минеральной воды и решилась:

– Лера, только не нервничайте. О дневнике я услышала случайно, в супермаркете, когда вы разговаривали с Никитой по телефону.

О вашей болезни мне рассказала доктор Мелкумян, только не упоминала о СПИДе. Об иммунодефиците вы мне сами сейчас проговорились. Дневник я не читала и в глаза не видела."

"Валерия покраснела, потом из ее глаз хлынули потоком слезы. Прозрачные капли падали на стол, на неаппетитно выглядевшую пиццу, исчезали в чашке с кофе. Мне стало безумно жаль ее.

– Лера, не волнуйтесь, Кит мертв, а я не болтлива, сохраню вашу тайну, считайте, что я уже все забыла.