Если не спешить и быть предельно сконцентрированным, то минимальное количество повторений всего девять раз, нити ментальной маны ложатся ровно по узору, и мана впитывается в артефакт постепенно, однако время наложения увеличивается до пятнадцати минут, после которого артефакту нужно дать время немного отдохнуть.

Как Аскель это понял? Из записей, ну и ещё потому, что его и так повреждённая заготовка начала дымиться.

Вот практически и готово. У студентов подобная работа заняла бы неделю, а то и две. Медленно и кропотливо. Акселю осталось наложить ещё одно плетение, и повторить подобное ещё десять раз для закрепления результата. А что будет, если повторить, скажем, не два, а три?

Ох и зря он это затеял, после того как доска остыла и Аскель повторил всё ту же операцию ещё два раза, артефакт пыхнул золой прямо в лицо горе артефактору и распался пылью. Аскель оказался покрыт сажей с ног до головы. Единственными участками, которые оставались более-менее чистыми это синие глаза и белоснежно белые зубы.

Не став материться за своё разгильдяйство, парень подошёл к зеркалу и внимательно себя осмотрел. М-да, повезло… Именно так как он и думал, выглядит просто ужасно и выделяются из общего фона только глаза и зубы, как в старом анекдоте. Осталось только чёрный костюм с белой рубашкой надеть и в тень встать, чтобы стать Академической страшилкой.

Свеча потухла, словно от резкого порыва ветра. Аскель резко обернулся, но никого не увидел. Так, непорядок, валить отсюда нужно и как можно скорее, артефакт можно продолжить и в комнате создавать.

Собрав свои вещи и проверив, ничего ли он не забыл, Аскель направился в библиотеку. Как вдруг, будто вовсе его не замечая, вошли две особы, одну из которых Попаданец точно знал, а вот о второй только приходилось слышать.

— Прикрой дверь. Ненужно, чтобы нас кто-то услышал.

Тёмная эльфийка хмыкнула, но выполнила просьбу принцессы светлых эльфов.

— И чего же ты хотела? Неужели надумала предать свой народ, светлая?

Аскель был шокирован, он даже дышать перестал, боясь выйти из тени шкафа и уж тем более отрыть глаза. Ориентироваться в пространстве ему помогало паразитное зрение, которое Аскель использовал не стесняясь.

— Даже не думала, Билиона.

— Но раз уж мы тут, рассказывай, зачем так поздно и вообще, почему именно тут, светлая?

— Тут нас точно никто не подслушает, библиотека защищена специальными плетениями, тебе ли этого не знать.

Аскель осмотрелся ещё раз, и действительно на окнах и дверях были едва заметные целительские плетения с крохотными накопителями в качестве источника постоянной энергии.

Джокер нехорошо зашипел, но к счастью видеть и слышать его мог только парень.