Похоже, я все-таки перестарался. Приложилась девочка головкой о спинку, но вроде шею не сломала. Шевелится и шипит, а еще рыдает. Ох, как я ненавижу слезы. И как они жутко возбуждают, отчего хочется трахать, пока не взмолиться о пощаде.

Но Варя уже молила. Просила ее отпустить, приносила извинения, которые еще больше злили. И главное, ей не нужны мои деньги. Вот же грёбаная скука.

– Но ты согласна мыть полы в моей компании, – усмехнулся я, прижимая ее тело к твердой поверхности дивана.

– Я за честный труд, – она прошептала, ощутив, как я дернул за форму. Пуговки-кнопки разом открылись, и я выдохнул, рассматривая ее светлую кожу и простенький хлопковый лифчик.

Черт, я предпочитаю женщин в красивом белье, или вовсе без него. А не это, что-то среднее между детским топом и спортивной одеждой.

Варя попыталась прикрыться.

– Не смущайся, – я перехватил ее руки и отвел их за голову, прижал одной, а второй вернулся к ее груди. – Я помню их цвет. Красивый. Ты и там осталась такой же, розовой?

Спустился вниз, накрыл ладонью промежность. Варя завертелась, попыталась сбросить ладонь. Черт, а там горячо. Даже через ткань ощущал ее тепло между ног.

Может она влажная, а сопротивляется, потому что цену набивает? Вот же черт, я опять думал как тогда, называя ее притворяющейся невинной овечкой.

– Пожалуйста, – простонала она и разрыдалась в голос.

И тут я сам не понял, что со мной произошло. Мать его, переклинило, потому что вместо пощечины, которая привела бы ее в чувства и заставила бы заткнуться, наклонился вперед, почти упал на нее, прижимая телом к дивану, и жадно впился в ее губы. Их вкус одурманил меня. Я потерял контроль, врываясь в ее рот. Насильно разводя пухленькие губки, заставляя разомкнуть зубки, и встретился с ее язычком.

Горячий, тонкий и охренительно шустрый. Черт, она не отвечала, она пыталась меня вытолкнуть изо рта. А я боролся, нажимал, давил, и мы вели битву до тех пор, пока я не услышал сквозь звенящую в голове пустоту пронзительную трель телефона. Мой? Ее? Черт, откуда этот звук?

Я отпусти ее губы. Варя замерла. Больше не рыдала и удивленно смотрела на меня. Нет, даже не простое удивление застыло на ее лице. Она словно поразилась тому, что сейчас произошло. Что же, Варечка, я шокирован не менее.

Новая трель телефона начина бесить.

Я приподнялся, встал на ноги. Потянул Варю на себя. Она повиновалась и присела на край дивана, продолжая смотреть на меня. Я же наклонился немного вперед, поправил ее лифчик, невольно коснувшись горячей кожи. Она не дрожала, отчего стало приятно. Наконец-то перестал ее пугать до усрачки. Свел края кофты, застегнул все пуговки, оправил ее одежду и помог встать. И она повиновалась во всем. Ни разу не сбросила мои руки, ни разу не оттолкнула, как кукла следовала за моими действиями.