А пока поиграем дальше.

Я втолкнулся чуть глубже, Варя попыталась вдохнуть. Черт, я теряю хватку. Я забываюсь, я теряю контроль.

Пришлось выпустить ее из рук, выдернуть член и смотреть, как она задыхалась, кашляла. На ее лице слюна, перемешенная со смазкой. Черт, да я сам тёк как сука перед ее лицом. Пухленькие растраханные губки, острый нежный язычок. А горло! Да, однажды я вытрахаю ее горло. Но на сегодня хватит игр.

Пора завязывать. Иначе спугну. Не приручу.

– Открой ротик, малышка, – и она пугливо открыла глаза, взглянув на меня.

Дикая, загнанная лань.

– Просто открой и покажи мне язык, – скомандовал я и почти зарычал, когда она выполнила приказ.

В теле все стянулось, напряглось. Я перехватил член, посмотрел в ее глаза и активно заработал рукой. Сегодня так. Я оставлю следы на ее безупречном кукольном личике. На ее губках, на шелковых волосах. Она должна понять, что принадлежит только мне. Я должен запомнить, что зверя нужно держать в клетке."

"Несколько рваных, жестких движений в крепкой руке. И струя спермы хлестнула ее по лицу. Ее щеки в белых отметках. Ее платье в моих следах.

Завораживающее, великолепное зрелище.

– Моя Варя, – прошептал я, прикасаясь мокрой рукой к ее губам. – Оближи. Я хочу, чтобы ты запомнила мой вкус. Только мой. Раз и навсегда.

Она обхватила мои пальцы, втянула, коснулась языком. Член дернулся. Черт, я не насытился. Я хотел еще. Голод терзал и требовал жесткой расправы. И нежной. Я впервые хотел то, чего никогда не испытывал к женщине. Ласкать ее, прикасаться, дарить.

А не только брать.

Больной ублюдок. Я сломаю ее, если сейчас не удержусь и налечу на девчонку. Схвачу, утащу в кровать и буду наблюдать в зеркальный потолок за тем, как она будет извиваться на мне.

Я должен запретить думать об этом. Всему свое время.

– Молодец, – я похвалил свою девочку, провел влажными горячими пальцами по ее губам, поддел подбородок. – Запоминай, как я люблю. Помни.

Она кивнула.

Я поправил белье, пряча все такой же каменный стояк. Решу это проблему чуть позже, пока же нужно было перестать думать о сексе. Застегнул молнию на брюках, затянул ремень.

– Вставай.

Варя подскочила ноги, и чуть пошатнулась. Я удержал ее. Глупышка все еще тряслась от страха.

– Пошли, – указал на дверь.

Девушка поплелась следом. Краем глаза я заметила, как она быстро стирала с лица тыльной стороной ладони сперму и слюну. Хмурилась, но молчала. А я как дурак не мог говорить, просто боролся с желанием. Как же я хотел продолжать держать ее в руках. Вести за собой. Даже нести на руках. Я терял себя рядом с ней. Нельзя. Нельзя допускать подобной слабости.

Мы вышли в коридор. Я оправил на ходу задравшуюся рубашку и прислушивался к ее тихим шагам. Почти бесшумная. Даже дверь за собой прикрыла. Какая же она покладистая.