Пройдя за ширму, она облегчилась, сняла рубашку и надела розовую сорочку, отделанную кружевными воланами.

— Можешь идти, Мегги, — негромко приказала она и, взяв серебряную щетку, принялась расчесывать длинные вьющиеся пряди. Мегги присела и мигом исчезла. Индия улыбнулась. Очевидно, горничная без памяти любит своего Дайармида и с нетерпением ждет ночи.

Индия снова осмотрелась, радуясь безмятежной атмосфере. Пламя в камине весело плясало, но на тумбочке горели всего две свечи и в комнате царил полумрак. Мегги успела задернуть гардины, и в воздухе разливалось пьянящее благоухание роз.

Небольшая дверь в стене распахнулась, и граф подошел к жене. К ее удивлению, он был совершенно обнажен.

— Сними свою сорочку, Индия, и впредь станешь надевать ее, только когда придут крови, незадолго до родов или если я предупрежу, что не приду в твою постель. В остальные ночи будешь встречать меня голой. Тебе ясно?

Индия молча кивнула и беспрекословно повиновалась.

— Прекрасно, — вымолвил он, оглядывая ее. — У вас прелестное тело, мадам.

Индия кипела от возмущения. Такого она не ожидала. Его странное поведение выводило ее из себя. Но граф обнял ее за талию и привлек к себе. Сильная рука сжала грудь. Губы коснулись плеча, рассыпая гроздья поцелуев, а пальцы безжалостно мяли теплый холмик, оставляя синяки. У Индии перехватило дыхание. Горло стиснуло. Она не предполагала, что все произойдет так… грубо. От него так и веет неукротимой похотью. Он опасен и откровенно ее пугает. Хуже всего, что она в его руках и он может сделать с ней все, что взбредет в голову!

Она понимала, что не должна выказывать страха, но когда он сунул ей в рот палец, не сумела сдержать удивленного возгласа.

— Лижи! — резко приказал он. Как хлыстом ударил! Чуть поколебавшись, Индия робко коснулась пальца языком, обвела несколько раз…

— Соси! — последовала команда. Он взвесил на ладони ее грудь и принялся потирать сосок большим пальцем. Стук собственного сердца громом отдавался в ушах Индии. Она покорно исполняла его прихоти, пока он жадно ласкал ее груди, перекатывая соски между пальцами, щипая и вытягивая. Рука графа скользнула по ее тросу вниз, погладила венерин холм и безошибочно отыскала твердый бугорок, откуда волны наслаждения стали распространяться по всему телу.

— Что за сладостная шлюшка, — прошептал он ей на ухо. — Ты уже промокла и горишь желанием. Хочешь, чтобы тебя оседлали?

— Ты мой муж, — дрожащим голосом пробормотала Индия."

"Граф мрачно рассмеялся.

— Потаскуха! — бросил он.