— Это я понял — он вернул мне мою воду. Но почему я не смог ею управлять?

— Он забрал твою магию в тот момент, понимаешь? Он ею управлял, а ты — нет.

— Это надолго? — Хенрай встал, испуганно глядя на меня. Потом взмахнул рукой — и моментально высох. Я фыркнула — волосы и борода мага так распушились, что он стал похож на полуощипанный одуванчик — белый и пушистый только снизу. — Слава богам — магия снова при мне.

— Хенрай, вы в порядке? — поинтересовался Рандолф."

"— Теперь — да, — оглядываясь, видимо, в поисках обруча, ответил тот.

— Тогда покиньте совет. Вы отстраняетесь на месяц. Безобразие! — магистр обвёл взглядом окружающих. — Не ожидал от вас подобного поведения. Что о нас иномирец подумает?

Что не всегда мудрость приходит с возрастом, порой возраст приходит один. Но озвучивать свои мысли я не стала.

В этот момент дверь распахнулась, и вошёл ещё один маг, мантия на нём была тёмно-фиолетовой с золотом, а вокруг тела было какое-то странное, полупрозрачное, разноцветное марево, всё в каких-то пятнах, словно малыш рисовал пальчиковыми красками.

— Простите, магистр, — не сводя с меня глаз, извинился вошедший, — я спешил, как мог, но был в момент вашего призыва слишком далеко от стационарного портала. Это и есть иномирное дитя? У него нет ауры, знаете ли, и это очень-очень странно.

— Думаю, он сейчас как раз любуется твоей, — хмыкнул кто-то из магов, я не видела — кто, глядя во все глаза на вошедшего. Так это и есть аура? Какая-то она… нелепая. И совершенно некрасивая.

— Мне попытаться прочесть его мысли? — уточнил вошедший у Рандолфа.

— Попытайтесь, — буркнула я. Ничего у него не получится, это я точно знала, был и у нас в родне телепат.

— Не стоит, — хмыкнул тот, что сидел рядом с магистром. — Если, конечно, не желаешь, чтобы мальчик узнал всю твою подноготную.

— Пожалуй, воздержусь, — сказал вошедший и, кажется, только сейчас заметил опрокинутое кресло, обрызганных магов и Хенрая, который нашёл свой обруч и теперь был похож на одуванчик, обдутый на две трети — борода и волосы всё равно пушились, как бы тот их ни приглаживал. — А что здесь случилось?

— Зеркальщик у нас случился, — буркнул Хенрай. И, поклонившись магистру, со словами: — Простите, Рандолф, — покинул зал.

— Итак, есть ещё желающие удостовериться в способностях мальчика? — поинтересовался магистр, обводя взглядом окружающих.

— Я желающий, — отозвался его синий сосед. — Отдайте мальчика мне. Он — защитник.

— Я бы так не сказал, — отжимая край тёмно-зелёной с серебром мантии, пробормотал сосед Хенрая, которому досталось больше всех. — Хорошо, что Науэлл огнём не шарахнул, — он мотнул головой в сторону оранжевого. — Страшно представить, что бы с нами было.