И не из-за того, что её больше месяца держали в плену, и даже не потому, что сегодня она чуть не погибла вместе с Риком, нет. Она оплакивала свои волосы, которые ей остригли и покрасили, чтобы сделать похожей на меня. Вот это для неё оказалось самой страшной трагедией. Впрочем, если Заванна верно копировала характер Мабеллы — удивляться не стоило."

"Ещё Килиан заверил нас, а в основном родственника, что в поселение драконов ни о чём не сообщали, чтобы известие не дошло раньше времени до матери Рика и не перепугало её.

Но теперь, когда что-то более-менее прояснилось, и стало понятно — фиолетовый дракон уже вне опасности, туда сообщат. Ректор обещал попросить отца Рика не говорить его матери подробностей, пока сын не сможет предстать перед ней не только живым, но и здоровым. Но завтра пусть готовится — долго скрывать от жены такие новости его отец не станет, а значит, грядёт прилёт родительницы, желающей лично убедиться — её ребёнок в порядке.

Пока Килиан всё это рассказывал, дыхание моего дракона становилось всё спокойнее, он уже не был так напряжён от боли.

И хотя его раны, которые были мне видны, сильно не изменились, я просто чувствовала, как стихает его боль, и тихо радовалась.

В какой-то момент игла всё же выскочила у меня из вены. Она регулярно пыталась это сделать — регенерация не дремала и пыталась исторгнуть чужеродный предмет, — но я не менее регулярно подпихивала её на место. А тут заслушалась Кила и упустила момент. Чертыхнувшись, вынула руку из приоткрытой драконьей пасти, чтобы поставить артефакт на место, но та вдруг закрылась, а Рик тихонько засопел и совсем расслабился.

— Что с ним? — перепугалась я такой странной реакции.

— Спит, — успокоил меня синий дракон. — Не пугайся. Знаешь, Габриель, твоя кровь — это нечто. От подобных ожогов он должен был ещё полдня выть и корчиться от боли. Допустим, крики он сдерживал — ты же рядом, не хотел пугать. Но чтобы просто взять и уснуть?! Тут никакая сила воли не поможет, это значит, что ему действительно уже не больно.

— Это здорово, и я очень рада, но как же теперь его поить? — заволновалась я.

 — Ты сможешь ему пасть приоткрыть? А он не захлебнётся? Эх, полцарства за артефакт для переливания крови, чтобы сразу из вены в вену!

— Габриель, ты и так отдала ему достаточно крови, — покачал головой Килиан. — Дальше его организм справится сам. Пусть спит, пока спит — исцеление идёт. Не волнуйся, этот старичок крепче, чем кажется, поверь, он справится.

— Сам ты старичок! — тут же взвилась я.