Аура силы и власти следовала за ним повсюду, куда бы он ни шел. Они не были особенно близки, но Рул испытывал к этому человеку глубочайшее уважение.

— Прошу простить меня, сэр, но я слегка опешил и не могу подобрать слова. Вы говорите, доктора уверены в своем диагнозе?

— Боюсь, что так. Можно, конечно, делать вид, что все иначе, но я предпочитаю принять правду как есть и приготовиться к неизбежному.

Рул взял себя в руки.

— Я сделаю все, что вы скажете, сэр. Вы ведь знаете, что можете положиться на меня.

Губы Гриффина слабо сжались, он удовлетворенно кивнул:

— Я надеялся, что услышу от тебя эти слова. — Он снова посмотрел в окно. — Хотя я сильно сомневаюсь, что ты мог бы представить себе то, о чем я собираюсь тебя попросить.

Рул оставил последнюю фразу босса без комментариев.

— Что ни уготовила бы мне судьба в отведенные мне дни, моей главной заботой всегда будет благополучие моей дочери. Мне нужно знать, что ее будущему ничто и никто не угрожает. Я должен быть уверен, что о ней как следует позаботятся и что у нее будет дом, которого желает каждая женщина. Одним словом, я хочу найти ей мужа.

У Рула закружилась голова. Неужели Говард Гриффин говорит ему это оттого, что считает его подходящим кандидатом на руку своей дочери?

— Ты нравишься ей, Рул. На самом деле я даже думаю, что она по-детски влюблена в тебя.

— Вы ведь не думаете, что…

— Именно так я и думаю, но не нужно путаться раньше времени. Я хочу предложить тебе вовсе не то, что ты подумал.

— Я понимаю ваши опасения, мистер Гриффин, но вы сами сказали, что вашей дочери лишь шестнадцать лет.

— И тем не менее мой отцовский долг обеспечить ей достойное будущее, отдать ее в хорошие руки и знать, что о ней будут заботиться. Если бы у меня было чуть больше времени, разумеется, я бы все сделал иначе. К сожалению, времени у меня как раз в обрез.

Рул мог только догадываться, что чувствует Гриффин. Ему не суждено увидеть, как его дочь превратится в женщину.

— Я понимаю вашу дилемму, сэр, но, боюсь…

— Мой выбор ограничен, Рул. Я должен устроить все ради будущего дочери, невзирая на то что она еще девочка. Вот почему ее будущий муж должен дождаться срока, когда можно вступать в законный брак. Ей должно исполниться хотя бы восемнадцать лет.

Рул поймал себя на том, что качает головой.

— Прошу простить меня, сэр, но при всем моем к вам уважении, если вы просите, чтобы я женился на вашей дочери, то вынужден огорчить вас, ибо…

— Прежде чем дать ответ, по крайней мере выслушай меня до конца.

Человек, который стоял перед ним, умирал. Оказать ему должное уважение и выслушать до конца — это то немноroe, что Рул мог для него сделать. Он коротко кивнул в знак согласия.