Вот, взгляните, — генерал, увлекшись, жестом попросил у денщика саблю и, выхватив ее из ножен, положил себе на колени.

Чуть касаясь пальцем стали, он продолжил:

— Если помните, у наших современных сабель дуга более крутая, а конец закруглен. Заточка же у них однолезвийная. Эта сабля больше напоминает казацкую шашку, как изгибом, так и весом. А самое главное, ею можно не только рубить, но и колоть. А еще заточка у нее полуторная, что означает, что, нанеся один удар, боец может тут же ударить в обратную сторону, не разворачивая клинка. Прием такой редко применяется, и используют его только в крайнем случае.

Ну, и последнее, как вы можете видеть, оружие это украшалось только чеканкой. Никаких камней и инкрустаций. Ножны этой сабли легко можно использовать для защиты.

— Выходит, это старинное оружие? — удивленно уточнила Зоя.

— Не просто старинное, но еще и очень дорогое. На торгах за такой клинок можно взять у ценителей до сотни тысяч серебром. Ну, это если повезет, конечно.

От удивления Зоя Степановна по-мальчишески присвистнула.

— Не продается, — угрюмо насупившись, буркнул Григорий.

— И не собирался с тобой торговаться, друг мой, — понимающе улыбнулся граф.

 — Поверь, я мог бы дать и больше, но это не мое оружие. Не по руке. А покупать только для того, чтобы показать, не для меня. Если уж брать оружие, то только то, которое сможешь использовать в бою.

— Правильно, бачка, — поддержал его Ахмед.

— Бачка? — переспросила хозяйка.

— По-нашему батька. Когда мы познакомились, Ахмед едва мог пару слов по-русски связать. Так с тех пор и повелось, бачка, — с улыбкой пояснил граф.

— И давно вы вместе? — с интересом спросила Зоя.

— На будущий год двадцать лет будет.

Мы кунаки. Побратимы, если проще. Но все считают его денщиком. Да и он сам предпочитает жить именно так. Считает, что обязан мне жизнью.

— Выходит, мы с тобой, Гриша, кунаки? — повернулась Зоя к парню.

— Нет, Зоя Степановна, — улыбнулся Григорий. — По обычаю это другое.

— Жаль. Но вы много знаете о старинном оружии, — повернулась хозяйка к генералу. — У Гриши есть еще пара кинжалов. Думаю, тоже с историей. Покажешь их, Гриша?

— Если пожелаете, — удивленно кивнул парень.

Забрав саблю, он вышел и через несколько минут вернулся с кинжалами.

Молча протянув их генералу, он отступил к своему стулу, и тут Ахмед, резко поднявшись, выхватил у графа изогнутый бебут и, развернув его к свету, хрипло спросил, разом побледнев:

— Откуда взял?

— Трофей, — коротко пояснил удивленный казак.

— Как было, расскажи, — попросил горец с такой мольбой в голосе, что граф от удивления только головой покачал."

"Коротко поведав о своих приключениях на Кавказе, Гриша задумчиво посмотрел на Ахмеда и вдруг, прикрыв глаза, спросил:

— Твоего кровника кинжал?

— Да.