Слыхал про такую?

— Мать твою через колено да мордой по столу, — выругался мужик, опасливо покосившись на жеребца.

— Вот-вот. Так что, если не хочешь кого из своих потерять, пусть подальше держатся.

— Не изволь беспокоиться. Прослежу, — решительно кивнул мужик.

— Добре. Тогда пойду, гляну, чем там эти господа заняты, — протянул Гриша и, глубоко вздохнув, бесшумно скрылся в кустах. Только ветки чуть колыхнулись.

— От же бес! — восхищенно выдохнул мужик.

За свою бурную и полную всяческих приключений жизнь он повидал много разных людей, но впервые случилось так, что его до мокрых подштанников напугал парнишка, еще не начавший даже бороды брить. А ведь повидал он такого, что любой обычный человек и в страшном сне не увидит. Вспомнив тот холодный, немигающий взгляд, мужик зябко передернул плечами и, оглянувшись, еле слышно проворчал:

— Такому человека прирезать, что высморкаться.

* * *Медленно сгущавшиеся сумерки были для Гриши чем-то сродни белому дню. Привыкший действовать в чернильной темноте южных ночей, он воспринимал белые петербургские ночи как ранний вечер. Первое время даже спать не хотелось. И вот теперь, скользя бесшумной тенью сквозь кусты, он настороженно всматривался и вслушивался в происходящее вокруг. Но на так называемого часового его вывели не зрение и слух, а чуткий нюх.

Терпкий запах человеческого пота, смешанный с запахом крепкого табака, заставил парня замереть и удвоить осторожность. Медленно поведя головой из стороны в сторону, Гриша уловил направление и медленно улегся на землю. Теперь нужно было двигаться особенно тихо. Напуганные и загнанные в угол бандиты особенно опасны. Ведь в каждой непривычной тени им кажется враг, а значит, раздумывать, стрелять или нет, они не станут.

Двигаясь буквально по вершку в минуту, парень обошел место, где учуял сторожа, и чуть приподнявшись, всмотрелся туда, откуда и шел запах. Все оказалось так, как он и ожидал. Мужчина невысокого роста уселся прямо на землю за поваленным деревом и, вытянув шею, словно гусак, пытался рассмотреть, что происходит за деревом, в той стороне, где остались преследователи. Презрительно скривившись, Гриша плавно вытянул из ножен бебут и, сунув его за ремень сбоку, снова начал двигаться, подбираясь к часовому.

В густом подлеске пользоваться нагайкой, которую он не забыл прихватить, или метательным ножом, было опасно. Нагайка могла зацепиться, а для ножа мужчина сидел слишком неудобно. Так что парень принял единственно верное в данном случае решение. Подобравшись на расстояние одного прыжка, Гриша подобрал камешек и, достав кинжал, еще раз осмотрелся.