Даже сумел предупредить девушку, что ей лучше скрыться.

Но потом и этот очаг здравомыслия был уничтожен страстью. И вот уже Алатар настиг свою жертву. Взвалил ее на плечо, как те самые варвары, какими их считают в других королевствах, и отнес на банкетку.

Дальше все было как в тумане. Ткань трещала и рвалась под его пальцами. Она мешала касаться вожделенного тела. Того самого, которым он, казалось, грезил все это время. Во сне и наяву. Он знал его. Каждую впадинку и выемку, каждый изгиб, все плавные линии и эти родинки, и этот шрам, который привычно нащупал языком, целуя живот девушки.

Шрам? Ощущение, будто по голове ударили чем-то тяжелым. Аж вздохнуть не мог. Но зато от удара выбило дурман. Это походило на резкое пробуждение. Как если бы Алатар ходил во сне, а потом вдруг очнулся и обнаружил себя не в своей постели, а в саду. Рядом с обнаженной девушкой. Целую вечность он не мог понять, что он здесь делает и почему девушка перед ним без одежды."

"Но вот взгляд скользнул по ее телу. В беседке вдруг стало так светло, что на этот раз он его даже увидел — шрам на животе. И все сразу встало на свои места. Все сошлось.

Дальше был не самый приятный разговор в его жизни. Алатар смотрел на ту, что разделила с ним обряд, с кем его навеки связал алтарь предков и не понимал, что чувствует. Злость на обманщицу? Радость, что нашел ее? Впервые он не мог разобраться в собственных эмоциях. И потому не знал, как поступить. Такого с повелителем страны Туманов еще не случалось.

Он не мог поверить, что перед ним вторая принцесса — сестра Алтеи. Он подозревал ее, но сомневался, что это она. Ему это казалось дико. Да, видел, что на нее указывают улики, но чтобы принцесса отважилась на такое. Немыслимо! Но, похоже, в королевстве Света особые порядки. И они далеки от понимания туманников. Никогда Алатару не постичь этот народ.

И что теперь делать с принцессами? Две жены Алатару не нужны. Он даже не уверен, что ему нужна хоть одна из них.

Но, чего скрывать, его тянуло к младшей. Сейчас, когда она стояла перед ним — раскрасневшаяся, судорожно стягивающая порванное на груди платье — он бы не отказался завершить начатое. И дурман был уже ни причем. Это были его собственные мысли.

Он смотрел на нее и изо всех сил пытался не сорваться. У нее такая нежная кожа, такая сладкая на вкус и этот знакомый запах полевых цветов. Каким наслаждением будет снова его вдохнуть. Он мог любоваться девушкой вечно. Ее внешность казалась ему идеальной, чего нельзя было сказать о ее сути.

За время этого брака Алатар неплохо узнал старшую принцессу. Если эта гадина чем-то и поразила его, то исключительно масштабами своей черной души. Наверняка это она что-то подмешала ему в вино. Другого объяснения этому срыву Алатар не видел. Жаль только, он помнил все нечетко.