Хотя, такую грязь, что была у меня на руках, только водой да мылом отмывать.

— Где чистая вода? — ровно спросила я, особо уже и, не веря, что найду такую роскошь.

— А в реке, — проворчал космач, — тебе надо — ты и иди.

— Хм, ну и пойду, — огрызнулась я. — Куда топать?

— Так вот прямо через кустарник, — огромная лапа взвилась перед моим лицом и указала путь — дорожку.

Гордо подняв подбородок, пошла, куда послали. Пролезла через кусты, исцарапала и без того разбитое от ударов лицо. Но чего уж там: с грязными руками не полезу я в тарелку, и всё тут.

Вышла на берег, скорее ориентируясь на звук.

Река?! Нет, это ручей шириною в три шага. По обеим сторонам росла высокая трава. Берег илистый: шагнув вперёд, тут же увязла ботинком в грязь. Почесав затылок, прошлась дальше и нашла-таки подход к воде — большие плоские камни.

Выбрав наиболее безопасное и сухое место, я пробралась к водной глади и принялась спешно отмывать грязь с ладоней: задрала рукава, и, отбивая зубами дробь, стирала разводы с кожи.

— Что ты тут делаешь? — громом грянуло за моей спиной.

От неожиданности я взвизгнула и села на пятую точку. Обернулась и встретилась взглядом с хмурым Иораном.

— Фух, — вздох вырвался из моих уст, — вы меня напугали.

— Я задал вопрос, — на его лбу чётко прорисовались хмурые морщинки.

\- Руки мою, не видно, что ли?! — пробурчала я и отвела взгляд, который постоянно прикипал к торсу мужчины. — А вы тут все принципиально раздетые ходите?

— Я в штанах, — рыкнул он в ответ.

— Ну, хоть что-то, — миролюбиво проворчала и дальше принялась выскребать грязь из-под ногтей. От моего красивого маникюра не осталось и следа.

— Вытащи руки из воды, или уже не холодно?! — взревел медведь.

Никто никогда не смел так со мной разговаривать. У меня от возмущения, кажется, дыхание сбилось.

— Не надо мне указывать, что делать! — зарычала я в ответ ничуть не хуже него.

— Вынь руки из ледяной воды, — шипел зло он. — Лекаря пока нет, а от тебя кровью прёт. Я только не пойму, где рана. На лице следы ударов. Ещё и с лихорадкой слечь хочешь?

Доля правды в его речах была, конечно, но уступить сейчас и позволить собой командовать — да, не дождётся.

— От того, что я вымою руки, ничего не случится, — холодно произнесла я. — Ну, не грязными же есть.

— Там, что ведра с тёплой водой нет? — Иоран, ловко перепрыгнув с камня на камень, приблизился ко мне вплотную.

— Есть, но оно с посудой, — нервно пролепетала я.

— И что? — он склонился и, кажется, принюхался.

— Это неправильно — мыть грязные руки там, где посуда, — проворчала я, отползая от него подальше.

— Чистюля, значит. Какой у нас щепетильный мальчик, однако, — выпалил он и наступил на подол длинной куртки, не давая мне увеличить между нами пространство.