— я что-то никакого сожителя у тебя вчера не заметил, - выговаривает рублено, слова бросает, как дротики, и мне как-то уже жалко становится несчастного Морковку.

Качаю головой, игнорирую слова бывшего-нынешнего мужа и иду в подъезд Поднимаюсь по лестнице, и внезапно нога соскальзывает, не замечаю какую-то бутылку, которую, видимо, бросила то ли шпана, то ли местные алкоголики.

Меня ведет, и я чуть не падаю, вскрикиваю и лечу назад, кажется, что сейчас меня расплющит на этой лестничной площадке, но сильная рука оплетает меня за талию, придерживает, и я оказываюсь в руках Игната.

Замираю, дышу тяжело, сердце колотится в груди со страшной силой, а я цепляюсь за лацканы пиджака мужчины. Не знаю, как так получилось, что я оказываюсь лицом к лицу с мужчиной и ощущаю его ментоловое дыхание на своих губах. Я рассматриваю его сорочку без галстука, расстегнутые пуговицы и боюсь поднять глаза, потому что уверена, что в эту секунду утону в его пронзительных глазах.

В его взгляде, который уже однажды выпотрошил мне всю душу.

Наваждение длится мгновение, но и его хватает, чтобы окунуться в какой-то водоворот из запретных чувств, чувств, которые уже давным-давно должны были умереть в моей душе, но…

Полумрак чертового подъезда, свежий запах мужчины с примесью цитруса и чего-то забытого действует на воспаленное сознание, и я по какой-то непонятной причине поднимаю глаза, и меня простреливает, когда встречаюсь взглядом с золотистыми омутами.

Что-то проскальзывает в этих глазах, что-то алчное, больное, отчаянное, но стоит мужчине моргнуть, как все исчезает...

Появляется привычный взгляд миллиардера с легким прищуром и смешинками, которые оставляют впечатление, что олигарх на всех смотрит свысока.

— Осторожнее, Юлия.

Растягивает мое имя, будто пробует его на вкус, и носком своей дорогостоящей обуви сметает в сторону бутылку, о которую я чуть не расшиблась.

Так странно, что Игнат меня не отпускает, прижимает к груди, и я нахожу в себе силы, выставляю ладони вперед и начинаю отталкивать мужчину, тот спустя долгое мгновение поддается, освобождает меня от своей хватки. Но руки с моего локтя больше не убирает, словно демонстрирует готовность поймать меня, если я вновь навернусь.

А я… я не могу понять, почему человек, которого я ненавижу, которого никогда не прощу.

Быстро открываю дверь, и Игнат ступает за мной, след в след, присматривается к квартире, а я принимаюсь собирать вещи.

Игнорирую миллиардера.

— здесь нет никого, — поясняет Юсупов и пытается приземлиться в кресло, жуткий визг, и Игнат подпрыгивает, а Морковка принимается грозно шипеть на пришлого, который посмел посягнуть на излюбленное кресло моего питомца.

Кажется, Юсупов только что заимел еще одного врага. И это хорошо.